Библиотекарь поднял голову и, не поднимая глаз, спросил, чего нужно.

Библиотекарь поднял голову и, не поднимая глаз, спросил, чего нужно. Пока шел ответ, дотянулся до бутылки кефира и батона хлеба. Откусил половину батона и стал задумчиво жевать, глядя на стеллаж зарубежного детектива.

Как женщине вернуть память, как в молодости, и защитить себя от деменции и Альцгеймера всего за 7 дней за счёт 10 простых упражнений из нейрофизиологии

Бесплатный курс: каждое упражнение занимает не более 15 минут в день и не требует специальной подготовки

Получить бесплатный доступ →

А ответ был, значит, такой. В сущности, это был не ответ, а вопрос. Немного нервничая, потому что странно задавать его три раза подряд, гражданин стукнул кулачком по стойке.

Библиотекарь перестал жевать. Было видно, как краска сошла с его лица. Медленно отложил в сторону булку и отставил кефир. Преподаватель литературного института Писяев идентифицировал это как достижение положительного результата. Победоносно окинул читальный зал взглядом и заметил пару знакомых недоумков. Они читали Белинского. «Физиологию Петербурга», кажется. Экзамены хотят сдать, понял Писяев. Но это невозможно, подумал он. И поправил очки.

- Так вы говорите, вам нужен Мандельштам? – интеллигентно поинтересовался библиотекарь.

Преподаватель Писяев заметил, что это просто безобразие какое-то, что происходит в этой библиотеке. И еще добавил, что пора сходить в райком партии, чтобы обратили внимание на этого библиотекаря. Писяев снял очки и поднес голову к табличке. Недогадова. У которого за спиной висит вымпел победителя социалистического соревнования. Как библиотекарь может быть победителем социалистического соревнования? Что это за социалистическое соревнование библиотекарей?.. Кстати, Недогадов – это фамилия или должность?

- Хорошо сказал, - похвалил библиотекарь Недогадов.

- Так у вас есть Мандельштам?

- Конечно, конечно оно у нас есть, - произнес Недогадов.

Осмотрелся, вспомнил. Встал и направился вглубь читального зала. Головы чтецов опустились еще ниже.

Писяев снова стал нервничать. Видимо, всё положительное в библиотекаре ушло в рост и вес. Есть такие помидоры. Из-за переизбытка мочевины они жируют, лезут вверх и вширь, а плодов не дают.

Недогадов подошел к одному из студентов.

- Почитал, дай дяде почитать! – услышал Писяев, и у него заложило уши. Люстра качнулась. На потолке появилась трещина. Потолок из неё щедро посолил зал.

Недооценив скорость передачи ему книги, Недогадов вломил студенту мощный подзатыльник.

- Зачем по голове?! – вскричал Писяев, рвя на себе пиджак. – Я их преподаватель! Эти люди необучаемы!

- Перескажи дяде суть! – Недогадов склонился над студентом. – А то он что-то сомневается.

- Концепция человека в натуральной школе противоположна концепции человека в романтизме! Человек есть сумма внешних воздействий!

- Мне Мандельштам нужен, а не Белинский! – побагровел Писяев.

Недогадов сменил локацию. Вчитавшись в книгу мужчины, сидящего в углу зала, вломил и ему.

- А кто это у нас тут такой сидит и как бы книжку отдавать не хочет?!

- Товарищ библиотекарь, гражданин еще не дочитал! – возмутился Писяев.

- Расскажи дяде вкратце! - по-хорошему предложил Недогадов, приобняв потерявшего очки мужчину.

- Конечно-конечно, - тихо заговорил тот, лапая руками по столу и щурясь. - Основными элементами планетарного механизма являются солнечная шестерня, сателлиты, они же - планетарные шестерни, держатель сателлитов и коронная шестерня…

- Это Мандельштам? – Недогадов внимательно посмотрел на ошалевшего литератора.

- Он, - задохнулся Писяев, уже разгадав алгоритм поиска книги. – Мне на пару дней...

- Нет, так не пойдет, - заметил Недогадов, вырывая книгу из рук мужчины. – Книга редкая. Сам видишь, еле нашел.

- Товарищ, мне надо на кафедру, - взмолился Писяев. – У меня экзамен через два дня!

- Вот не прочитаешь - и не сдашь, - предрек Недогадов, держа Писяева за шею и усаживая за стол. - И будешь всю жизнь уголь разгружать. Через два часа объяснишь смысл произведения.

- Но это не мой профиль!

- Не сахар, не сахар, - согласился Недогадов.

Вернувшись за стойку, Недогадов поправил вымпел победителя социалистического соревнования. Писяев раздраженно открыл книгу и стал внимательно читать.