Глава 8.

Глава 8. Время собирать камни

Как нормализовать вес, вернуть энергию и полюбить своё тело за 21 день за счёт персонального меню без голодовок и подсчёта калорий

Бесплатный марафон по нутрициологии: составьте рацион, который подстраивается под ваш ритм жизни

Записаться на марафон →

Сбежала Ольга, а Танюшка попала в интернат. Некуда ей и не к кому. Деда с бабушкой нет, папка в тюрьме умер, а тётка Анна открестилась от племянницы и знать ничего не желала.

Так и написала в письме, которое привёз с собой дядя Захар, воротившийся из города.

Он бы Танюшку у себя оставил. Совсем ведь сиротинушка безгрешная. Да жена его заартачилась. Своих, мол, семеро по лавкам, ещё и Пахомовских девчонок забрать?

К тому же слух прошёл по всей деревне, что Егора как предателя арестовали. А в тюрьме то ли своей смертью умер, то ли помогли. Кто же теперь об том узнает?

Девчонки его чуть ли не вражинами вместе с отцом покойным считались. И ведь за что Егора взяли, толком-то не знал никто.

Вот Ольга и сбежала. Куда, Танюшка и не знала даже. Ревела она день и ночь оттого, как жизнь её круто изменилась. И на что ей теперь надеяться? Как дальше жить?

— Ты, Танюшка, как повзрослеешь, в Михайловку к нам приезжай. Я тебе всегда рад буду. Обид не держи, что везу тебя в чужие стены. Прав таких не имею тебя у себя оставить. Ольку сыщем и к тебе отправим. Заполошная она у вас всегда была.

Захар помог Танюшке спрыгнуть с подножки поезда. Девочка осмотрелась. Шумно на железнодорожной станции было, туманно. Ранняя весна наступила.

Паровоз пыхтит, гудит и скрежещет колёсами по рельсам. Из-за этого голова на две части раскалывалась у Танюшки.

Сжав в тонких пальцах свои нехитрые пожитки, она рассеянно пожала плечами.

— Какие обиды, дядька Захар? Спасибо и на малом. Буду жить как-нибудь, учиться. А Ольку вряд ли найдёте. Разминулись наши пути-дорожки с сестрой. Даст Бог, свидимся когда-нибудь. Жизнь длинная.

— Ну, коли так ... — Захар доставил девочку к длинному серому двухэтажному зданию, расположенному почти на окраине города и огороженному высоким забором.

Ком в горле у Тани встал, когда она осмотрелась. Господи, и здесь ей предстояло провести целых пять лет? Выдюжит ли?

— Спасибо тебе, дядь Захар. А если Ольку всё-таки встретишь где ... Хотя нет — Танюшка вскинула на Захара свои небесно-голубые глаза — не нужно Ольге ничего передавать. Просто скажи ей, где я. Захочет, найдёт сестру.

На станцию Захар возвращался мрачнее тучи. Всё, что мог, он сделал. Одну девчонку пристроил, но где же вторая?

Всю деревню они тогда обыскали, будто след Ольги простыл.

Анну он не осуждал, что от племянниц отказалась. Видел её, выходила она поговорить. Бледная, худая, с большим животом. Видно, что вот-вот родит.

Как услышала, что родители сгорели в пожаре ночью, так чуть сознания не лишилась.

Она-то и сообщила про Егора. Только не знала она, что и его скоро не станет.

Муж у Анны человек сложный, как успел понять Захар. Из-за брата теперь Анну упрекать будет и стращать нещадно. Не повезло ей. Лучше бы за простого рабочего замуж вышла, чем под таким гнётом жить.

Пожелал ей Захар крепиться, да и отбыл в Михайловку. Девчонкам всё рассказал, как есть. А ночью, пока они все спали, Ольга и сбежала.

Куда? Зачем?

***

Вскоре и к Лыкову Кирьяну нагрянули. Обыски провели, да самого его не нашли. Как и сына. Одна лишь жена его Варвара с фанатичным огнём в глазах неистово крестилась перед иконами.

На все вопросы отвечала: «Господь всё управит», а когда про мужа и сына пытались у неё узнать, то Варвара смотрела на всех безумным взглядом и кричала, что не знает.

Всё, что смогли у Кирьяна найти, изъяли и на двух телегах увезли, оставив двор пустым.

Орудовал он с бандой одной в городе, да по окрестным деревням. Признали его, видели. Давно выслеживали всю шайку, да доказать причастность Кирьяна не могли.

— Теперь, ежели явится здесь, то под белы рученьки его и возьмут — вздохнул Фёдор. Они с Пелагеей тихо сидели, не высовывались.