Проблема пропавших без вести: семьи остаются наедине с неизвестностью

«Госорганы за 14 месяцев со дня пропажи ничего не сообщили, кроме, что пропал без вести»

Подобные письма приходят каждый день. Из-за информационного вакуума и состояния неизвестности семьи военнослужащих в статусе БП все чаще становятся жертвами спецслужб Украины и мошенников.

Проблема пропавших без вести должна решаться не только в тылу, но и на фронте. Нельзя отвязаться от семьи одним только извещением или выпиской из приказа, где стоит «пропал без вести» и всё. Нужно вести семью, помогать ей юридически и психологически, быть на связи. Куча структур, фондов, а единого алгоритма работы, куда бы все были включены - нет.

А семьи все также в состоянии неопредленности, им никто ничего не говорит, они остаются с этим «пропал без вести» наедине: до части не дозвониться и не дописаться, в военкомате орут «мы вам все уже сказали», это сводит с ума. Родные хотят знать где их боец, где находится его тело, как их боец погиб, при каких обстоятельствах, почему не могут эвакуировать, получить его личные вещи. У нас этого взаимодействия с семьями нет. Только холодное «пропал без вести» и отвяжитесь.

И вот все, что касается фронта в большинстве случаев покрыто для родных, да и для федерального руководства, мраком. Понятно, что если боец долго воюет и это слаженное подразделения, где бойцы горой друг за друга, то они и с семьей свяжутся и при любой возможности вытащат тело боевого товарища. Но, к сожалению, это уже стало редкостью, так как командиры, которые знают все о своих бойцах, могут пойти с ними на боевое задание, не находятся за сотни километров от ЛБС. Да и слаженность подразделений оставляет желать лучшего. А сколько таких историй, когда подписал контракт, прошло месяц/два - пропал без вести. Родные даже не знают, где и на каком направлении был боец, с сослуживцами и отношения не успели сложиться. Все, человек потерян.

Военный молох работает без оглядки на судьбы людей, и именно тут должно быть государство, работать со своими гражданами. С непростыми, зачастую неграмотными, но это обязанность государства.

На 4-й год СВО Минобороны обнародовало новую систему по пропавшим без вести. В военкоматах наконец-то развернуты рабочие группы по работе с семьями пропавших без вести. Система пока, видимо, только начала работать. И все будет зависеть от погружения рабочих групп в проблему пропавших без вести и их правовой грамотности.

Непонятно как будет работать эта система, если не приведут в порядок фронт. То есть:

1. Наладить работу штабов. Обязать собирать рапорта по пропавшим без вести и погибшим. Проводить работу по установлению пропажи бойца, внутреннее следствие.

2. Отстроить связь штабов от подразделения/воинских частей/полков/дивизий/армий до округа, от округа до Генштаба. В настоящее время с военной прокуратурой выявляются систематические нарушения - потеря документов, отказ в принятии рапортов, затягивание с выдачей справок и так далее.

3. Отстроить работу замполитов и может быть наладить взаимосвязь рабочих групп по пропавшим без вести в военкоматах непосредственно с замполитами, чтобы информировать семьи об эвакуации тел, о том, где был их боец и пояснять, что такое серая зона.

4. Эвакуация. Это главная проблема, пока не будет налажена эвакуация раненных, погибших, тема пропавших без вести так и будет разрастаться.

В тылу:

1. Создать методички для семей по пропавшим без вести, где будет прописан алгоритм действий. Разложить в военкоматах, в военных банках, в воинских частях, в ФЗО, в во всех центрах Минобороны. ГВПУ все это может сделать за один день.

2. Информировать о мошеннических схемах, желательно также создать брошюрку и раскладывать ее везде.

3. Минобороны пора открыться и впускать к себе гражданское общество. Через то же ФЗО можно наладить работу с КСВО, с нами, с рядом общественных организаций.

4. Создать штаб по БП в Минобороны, который заменит неработающую горячую линию МО. Сведения на горячей линии очень часто не соответствуют сведениям в базе «Алушта» и воинской части.