24.04.2026 13:10
Радость в мелочах: рецепт трески и уроки Юрия Норштейна
Меня радуют внезапные, самые незначительные открытия и удачи. Например, я, не умеющий готовить, однажды вкусно приготовил рыбу. Хорошо помню тот далёкий день. Это получилось случайно и обрадовало меня чрезвычайно! В гостях у нас тогда как раз был Тонино Гуэрра, уже, к сожалению, ушедший, со своей очаровательной женой Лорой. Так они весь день потом выпытывали у меня, что же это за великолепный рецепт такой, что за рыбина чудесная. А это была всего лишь обыкновенная треска!
Так что, воодушевляют меня любые, самые, казалось бы, несущественные вещи. Даже такие, как ненароком замеченный взгляд человека, преисполненный глубины. Или доверчивая ладошка ребёнка в твоей руке, соединяющая всё твоё существо с непостижимой огромностью жизни…
Подобные моменты дарят поистине животворные ощущения…
Немного нужно человеку для радости…
И трагедия человечества в наши дни в том и состоит, что люди разучились радоваться мелочам, которые в сути своей велики. На самом деле, если человек не способен радоваться малому, буквально какой-то детали — трепету листвы, допустим, или крохотной распустившейся почке, нежному пушку вербы, то сладость настоящей радости он так и не познает. И сколько бы он ни старался заглушить гложущее его чувство неудовлетворённости, набирая всё больше и больше ненужных вещей и придаваясь всё более изощрённым удовольствиям, жизнь его без чувствования малого — окончена, так и не начавшись.
Юрий Норштейн
Так что, воодушевляют меня любые, самые, казалось бы, несущественные вещи. Даже такие, как ненароком замеченный взгляд человека, преисполненный глубины. Или доверчивая ладошка ребёнка в твоей руке, соединяющая всё твоё существо с непостижимой огромностью жизни…
Подобные моменты дарят поистине животворные ощущения…
Немного нужно человеку для радости…
И трагедия человечества в наши дни в том и состоит, что люди разучились радоваться мелочам, которые в сути своей велики. На самом деле, если человек не способен радоваться малому, буквально какой-то детали — трепету листвы, допустим, или крохотной распустившейся почке, нежному пушку вербы, то сладость настоящей радости он так и не познает. И сколько бы он ни старался заглушить гложущее его чувство неудовлетворённости, набирая всё больше и больше ненужных вещей и придаваясь всё более изощрённым удовольствиям, жизнь его без чувствования малого — окончена, так и не начавшись.
Юрий Норштейн