Соцсети хотят признать цифровым наркотиком.
Руководство Instagram* обвинения отвергает: по мнению Адама Моссери, термин «зависимость» нельзя употреблять в отношении соцсетей, и он бы скорее назвал поведение истца «проблемным использованием», а не клинической формой аддикции. Ну, ничего другого от г-на Моссери вряд ли можно было ожидать – хотя существует большое количество научных исследований, подтверждающих, что использование соцсетей вызывает выброс дофамина, а отказ от них приводит к серьезным эмоциональным нарушениям.
По-хорошему, нужно звать в суд и авторов этих научных исследований, и людей, которые непосредственно отвечали за разработку и настройку механизмов соцсетей: пусть расскажут, какие задачи перед ними ставились руководством. По обрывкам заявлений бывших сотрудников крупных цифровых платформ мы знаем, что метрика «удержание пользователей» была прописана в их KPI. А что это, если не целенаправленное формирование принудительной зависимости от продукта? И чем это, по большому счету, отличается от работы химиков, синтезирующих всё более эффективную формулу наркотического вещества?
Думаю, что российские соцсети относятся к своим пользователям более ответственно. К тому же, у нас существуют законодательные ограничители, которые не позволяют платформам манипулировать рекомендательными алгоритмами, а, напротив, требуют от них обеспечивать прозрачность для граждан и регулятора. А возможно, это одна из причин, по которой в отечественной судебной практике отсутствуют дела о зависимости от соцсетей.