Детей исповедуешь – одно и то же: "А я дрался, а я ругался скверными словами, а я не слушаю ни мать, ни отца, а я ругался с бабушкой, а я подрался там с парнями". Всё одно и то же. Почему? Они хотят жить в аду, где все дерутся, друг друга ненавидят, всё время друг другу завидуют, всё время друг друга обзывают. Вот входишь в школу какую-нибудь – и что ты видишь? Гадюшник настоящий. И это что – дети людей? Нет, это дети бесов. И задача взрослых – их постараться к другой жизни приобщить. А дети не хотят ничего читать, дети не хотят ничему полезному учиться. И они вырастают в таких людей совершенно безбожных. Бог их не интересует. Их интересует что? Ночной бар, где воняет табаком, где вся эта молодая гнусная развращённая на прах тварь веселится под какую-то совершенно бесовскую музыку, от которой сворачиваются мозги. Им этого хочется. Они любят всякие вот такие вещи. Это им сладость. Поэтому когда он в ад попадает, он оказывается дома, среди своих, он подготовлен к этому всей жизнью. А уж у того, кто желает читать Писание, молиться Богу и Пресвятой Богородице, у него совсем другая жизнь. Каждый человек сам выбирает.
Ко мне вчера одна женщина пожилая пришла и говорит: "Вот сноха моя, она моего сына спаивает". Я спрашиваю: "Как же она его спаивает? Наверно, через трубочку водкой поит". Ну как можно споить? Или он совсем дубина стоеросовая, не отличает чай от водки? А она хочет, чтоб он умер от разрыва печени (водка – это не свой брат), и завладеть всем имуществом. Ну и окажутся опять вместе – как в этой жизни, так и в той. Почему? В Писании аккуратно написано: пьяницы <...> Царства Божьего не наследуют (1 Кор. 6, 10). И убийцы тоже. И тот, кто спаивал, и тот, кто спаивался, вместе в обнимку будут в аду. Потому что одна спаивала, надеялась на имущество, а другой спаивался, потому что нравилось пить. Так в обнимку навсегда и после конца света это будет продолжаться. Вот о чём хочет нас Господь предупредить.
💭 Протоиерей Димитрий Смирнов
Детей исповедуешь – одно и то же: "А я дрался, а я ругался скверными словами, а я не слушаю ни мать, ни отца, а я ругался с бабушкой, а я подрался там…
