— С того концерта очень запомнился один момент: во время исполнения The Astronaut вы легли прямо посреди сцены и всматривались в ночное небо.

— С того концерта очень запомнился один момент: во время исполнения The Astronaut вы легли прямо посреди сцены и всматривались в ночное небо. Хотя изначально шоу задумывалось ради веселья зрителей, именно в ту секунду показалось, что эта сцена принадлежит только вам.

Джин: Ночное небо тогда было невероятно красивым. Бывает ведь так: во время выступления в голову внезапно приходят совсем другие мысли. В тот момент я вдруг остро ощутил само своё присутствие там — и это показалось чем-то удивительным. Я перевёл дыхание, лёг, посмотрел вверх — а небо просто завораживающее. И я замер, просто разглядывая его какое-то время.

— Прошло уже 13 лет с момента дебюта. Если оглянуться на весь этот путь — от той самой минуты, когда вам предложили пройти кастинг на автобусной остановке по дороге на учёбу, и до сегодняшнего дня: чего в вашей жизни было больше — того, что шло по плану, или непредвиденного?

Джин: Даже не знаю... Я вообще не из тех, кто привык строить планы. Если мне что-то приходит в голову, я сразу узнаю, возможно ли это реализовать, а если нет — просто выбрасываю из головы и забываю. Так что мне и самому сложно сказать, чего было больше — спланированного или неожиданных поворотов.

— За последние три-четыре года вы столкнулись с огромным количеством вещей, которые делали «впервые». Вы провели встречу с объятиями прямо на следующий день после демобилизации, создали столько легендарных моментов в Run Jin, показали совершенно новый подход к сольному туру... Что даёт вам силы постоянно двигаться навстречу чему-то новому?

Джин: Ну это же просто интересно (смеётся). Если каждый раз повторять один и тот же сценарий, даже самое любимое дело постепенно перестанет приносить радость. Поэтому я каждый раз пробую что-то новое — мне просто хотелось подарить Арми время, полное ярких эмоций. И если говорить о моментах, за которые мне хочется себя похвалить, то это как раз те размышления о том, чем бы ещё эдаким удивить всех в следующий раз.

— Сейчас как раз то время, когда вы задумываетесь о новых начинаниях. Чего Джин боится больше всего прямо сейчас? Впрочем, у меня есть предчувствие, что вы всё равно не ответите искренне.

Джин: На самом деле нет ничего такого, чего бы я боялся. Но, как вы и сказали, даже если бы и было, я бы вряд ли признался (смеётся). Арми начинают сильно переживать за меня, если узнают о моих страхах. А я не хочу давать им лишний повод для беспокойства.

— Судя по вашему ответу, вы всегда старались сделать так, чтобы поклонники не волновались. Почему вы стараетесь показывать в первую очередь именно свою светлую, позитивную сторону?

Джин: Когда я сам занимаюсь своими хобби, мне тоже хочется видеть только всё самое хорошее. Это ведь абсолютно естественно, верно? Арми наблюдают за нами, чтобы сохранить приятные и тёплые воспоминания, поэтому создавать для них поводы для переживаний просто не в моём стиле.

— Что лично для вас значит «успех» сегодня? Изменились ли ваши критерии по сравнению с периодом дебюта?

Джин: Глядя на меня, очень многие люди улыбаются, да и мне самому довелось пережить то, что в молодом возрасте выпадает далеко не каждому. На заре карьеры моей главной заботой было буквально просто выжить. Сейчас, благодаря огромной любви поклонников, я задаюсь совсем другими вопросами — например, как сделать так, чтобы Арми порадовались... Сам факт того, что я пришёл к таким переменам, уже можно назвать успехом.

⬇️