В 1930г.
Вел подготовительную работу к созданию массового восстания 27 марта с.г., а также вносил пересажать актив деревни, якобы за перегибы.
27 марта с.г. руководил массовым выступлением крестьян, ставя своей задачей расправу с активом деревни».
Вышеперечисленные обвинения строились на показаниях, которые лишены были своей доказательной силы в силу того, что многие дающие их лица не были предупреждены о привлечении к уголовной ответственности за дачу ложных показаний в соответствии со ст.95 УПК, а также были противоречивы и лишены каких-либо оснований, конкретики и соответствующих достоверных фактов. Так, например, показания свидетеля Лысенкова Степана от 27 марта 1930г. говорят о том, что он просто давал следствию общие рассуждения, не подкрепленные конкретными фактами, т.е. это были общие фразы.
Обратимся к его показаниям, и сразу же обращает на себя внимание то, что его не предупреждают о том, что за дачу ложных показаний будет привлечен к уголовной ответственности и сотрудник ОГПУ, который производил его допрос в качестве свидетеля записал следующее: «Я хорошо знаю что кулаки село Константиновки В.Троицкой вол. Белеб. кантона Советников Петр, Советников Сергей Курокин Федор в главе попа Салтыкова А. их приспешники … Кулаки в начале существования Сов. власти ведут борьбу против таковой, а в настоящее время организованно повели борьбу против мероприятия сов. власти…
В 1929 году вовремя весенний хлебозаготовки данная группа кулаков 2 раза сорвала собрания о приятия плана хлебозаготовки …
12II 30 окончательно оформилен был колхоз, даже кулаки просились в колхоз в том числе их руководитель салтыков, это подкатка была для того чтобы, разложить колхоз, но колхоз долго не существовал, упомянутые кулаки во главе с попом салтыковым каждый вечер собирались к попу где старались найти какой либо сход чтобы разогнать колхоз …» .
Затем следуют показания (27 марта 1930г.) гр.Ануфриева Ефрема, который также не предупрежден о привлечении к уголовной ответственности за дачу ложных показаний в соответствии с ст.95 УПК., а, следовательно, они не могут быть признанными как имеющие доказательную силу.
А гр.Воробьев И.Н. дал показания, из которых следует, что «12/IIчисла кажится приблизительно собрали еще общия собрания организации колхоза где до собрания еще записалось в колхоз все общество и каждый грождонин сам записался а на собрании утверждали устав. Выбирали провление окозалось что кулоки понастовлению попа Солтыкова все записались в колхоз и подготовили свои кандидатуры вправления и рев комиссию». Проходили выборы колхозного правления, открытые, и, конечно же, предлагались кандидатуры в правление колхоза, колхозники голосовали самостоятельно, никто им насильно не навязывал предложенные кандидатуры, но лицо дающее данные показания решает, что списки членов правления подготовил Салтыков А.М., и соответственно под его руководством прошли им предлагаемые лица в состав правления.
Предположения гр.Воробьева И.Н. не имели под собой каких-либо оснований, но между тем учитываются при предъявлении обвинения в контрреволюционной деятельности.
Нельзя не привести показания гр.Смирнова Б.И. (данные им 28.III.1930г.),которые отличаются своей нелепостью, но также учитываются при подготовке обвинительного заключения. Так вот, он на допросе в качестве свидетеля дает такие показания:
«Вопрос:Вы приезжали к священнику Салтыкову в то время когда увас организован был колхоз и вы уже дворы сторожили под скот в конце февраля.
Ответ: Я к священнику приезжал несколько раз т.к. он меня вызывал… и сказал что гр-м сказать всем что колхоз неправильно организовали пусть все выписываются иначе будет война всех перебьют» .