Так, выходцы из Великой Рублевки на западе Российской империи основали Новую Рублевку на востоке, в Белебеевском уезде Уфимской губернии.

Так, выходцы из Великой Рублевки на западе Российской империи основали Новую Рублевку на востоке, в Белебеевском уезде Уфимской губернии. Это уже позже название сократилось до Рублевки. Кстати, и обитатели соседних Вязовки и Хотимли — потомки этнических украинцев.

Сведения о деревне небогатые: энциклопедисты приводят данные о численности местных жителей, по которым можно проследить историю расцвета и угасания Рублевки. 1906 год — 394 человека, 1939-й — 508. 1959-й — уже 209: по стране косой прошла Великая Отечественная война, забрав большинство мужчин. Дальше — меньше. Последние открытые статистические данные за 2010 год говорят о 112 местных жителях.

Но если пройти по улицам, понимаешь, что и этих цифр уже нет. Рублевка раскинулась по обеим сторонам автодороги, и уже с нее видны заброшенные, заросшие бурьяном участки, черные глазницы выбитых окон в покосившихся избах. По словам главы Бик-Кармалинского сельсовета Ольфата Лукманова, едва 30 жилых домов наберется. А населяют Рублевку последние старожилы, дачники и те, кто не хочет уже прилагать никаких усилий, чтобы сохранить человеческое достоинство.

— Почти вся деревня на горе лежит, — вздыхает Лидия Дмитриевна Фетисенко. — А молодежь разъехалась — кто в Давлеканово, кто в Уфу.

Ей 86 лет. Она одна из последних местных старожилов, которые помнят деревню другой.

Двое на всю улицу
Лидия Дмитриевна родилась в соседней Вязовке, вышла замуж за Федора Степановича Фетисенко, и они поселились в Рублевке. Сегодня ему 88 лет. Вместе супруги уже 67 годочков.

Кстати, когда-то именно в Рублевке была единственная на всю округу восьмилетняя школа. Лидия Дмитриевна вспоминает, как еще из Вязовки ходила на учебу пешком около шести километров. В любую погоду — жарко ли, холодно ли на улице. Разве что в буран родители приезжали за учениками на лошадях. А уроки учить приходилось у тусклого фитилька самодельной керосинки. Электричество провели только в 1960 году.

— А мечта тогда одна была, когда в школу шли: ой, если бы хлебушек с неба упал — кушать нечего было, — вздыхает Лидия Дмитриевна. — Сегодня рассказываю правнукам — а они не верят.

Шли в Рублевку дети из соседних Вишневки, Трифоновки, Ляшковки, а кто-то жил в построенном при школе интернате. Закрылась она около десяти лет назад, когда некого стало учить. Недаром говорят: деревня живет, пока в ней есть школа…

Оба старожила — ветераны труда. Федор Степанович работал в местном колхозе трактористом-комбайнером, его супруга тут же, как сама говорит, «разными делами занималась»: убирала свеклу, заготавливала сено. Лидия Дмитриевна успела поработать и школьным поваром, и уборщицей в медпункте. А ведь было еще и свое хозяйство — огород, коровы, а главное — дети.

Один за другим родились у супругов Фетисенко Екатерина, Владимир, Татьяна и Валентина. Но работа в колхозе почти не оставляла времени на семью.

— Катя родилась 22 ноября, а я еще свеклу в октябре убирала за трактором, — вспоминает Лидия Дмитриевна. — Пока дети были маленькими, за ними присматривала бабушка, мама Федора, она с нами жила. А подросли — помогать начали и дома, и в колхозе.

Все четверо получили образование и осели в Давлеканово, подарив родителям пятерых внуков и 11 правнуков. Но главное, не оставили их одних. Состояние здоровья ветеранов таково, что они уже почти не выходят из дома — нужен постоянный уход. Вот дети и договорились «дежурить» у родителей по очереди. Старшие — Екатерина и Владимир — сами уже пенсионеры и приезжают среди недели. Татьяна и Валентина — школьные учительницы, потому навещают их в выходные. Благо Давлеканово в 20 минутах езды.

А вот покидать родную деревню супруги Фетисенко не хотят. Хотя и остались на своей улице Полтавской почитай что одни, за исключением дачников.

— Куда мы поедем? — качает головой Лидия Дмитриевна. — Мы здесь ко всему привыкли. А дети рядом, слава Богу!

Сила — в земле