22.07.2026 18:52
Нина у нас была веселая и задорная, сочиняла частушки.
Нина у нас была веселая и задорная, сочиняла частушки. Она не боялась высоты, залезала на конек крыши дома — смотреть гнезда воробьев, не боялась и темноты, часто выходила ночью смотреть овец и корову, когда было время отела. В 10–12 лет она страдала бессонницей, не спала по неделе. Училась она только на «отлично», память у нее была прекрасная, но читала она мало. После смерти мамы в 1942 году на ней было все хозяйство и семья, к тому же она училась в педучилище, я в это время жила и работала в деревне Крыкнарат. А ведь ей тогда было всего 17 лет. Спрашивала у нее, когда она все успевает. Она говорила, что очень внимательно на уроках слушала объяснения учителей, а во время опроса делала письменные задания. Схватывала все на лету, к 13 годам научилась вязать шапки, носки, кружева, к 17 годам научилась шить на машинке и много одежды для себя шила сама. Умела и хозяйство вести. Хлеб пекли с тертой картошкой (одно ведро картошки надо было натереть на терке). Помню, я пришла на выходной, она заканчивает ставить хлеб и собирается на вечерку, приговаривая: «Прощай, квашня, я гулять пошла».
Когда у нее начала серьезно болеть нога, ее было не узнать, она стала молчаливая и печальная. Ногу вылечить не смогли, она начала сохнуть и стала короче, это для нее был страшный удар судьбы. Все ее подруги разъехались на работу по другим деревням и в город. Педучилище тоже переехало в Белебей. Она меня стала просить, чтобы я устроила ее на работу в нашей деревне, зарплаты учителей были маленькие, и прожить в другом месте было очень тяжело: нужно оплачивать жилье, покупать продукты, одежду, обувь. А так у нее жилье и продукты были бы свои, а на зарплату она могла бы покупать одежду. Я пыталась ее уговорить уехать со мной в Крыкнарат, там было место учителя, но она говорит: «На что мы будем жить, если вся зарплата будет уходить на жилье и продукты, как одеваться?». Через неделю я принесла ей направление на работу учителем в Дмитриевку. До сих пор жалею, что не уговорила ее поехать со мной в Крыкнарат, может, тогда не закончилась бы так трагически ее жизнь.
Коля был маленьким, худеньким и плаксивым. Соску (марлю с жеванным хлебом) почему-то выплевывал, а пустышку сосал с удовольствием, но когда у него появились зубы, он перекусывал пустышку. Помню, как-то родители привезли ему с базара 10 пустышек, так он быстро их перегрыз, с тех пор его отучили от пустышки. Рос он медленно, всегда был меньше сверстников. Очень любил что-нибудь строить, конструировать. Помню, как с Колей Рыжовым они строили маленькие молотилки, веялки, телеги. Без спроса брали у отца стройматериалы и инструменты, за что попадало ему от отца. Учился он очень хорошо, стена в передней комнате была украшена похвальными грамотами Нины и Коли. После седьмого класса поехал в Уфу в ремесленное училище, затем поступил в Уфимский железнодорожный техникум. Ростом он был маленький, его даже в армию не взяли из-за этого. Учился он хорошо, а годы были трудные, и жил он только на небольшую стипендию. Из дома ему нечем помочь — жили бедно, да и некому. Не было уже мамы.
Илья родился в 1935 году, учился в школе, в первом и седьмом классе жил у меня в деревне Крыкнарат, где я работала. Было ему очень сложно расти без мамы, но он всегда стремился к лучшему и хорошо учился. Я и Нина старались ему помогать во всем. Потом он поступил в Белебеевский техникум механизации, жил на квартире, времена были тяжелые. После техникума его забрали в армию, а после армии он поступил в Московский институт механизации и электрофикации. Затем его направили на работу во Владимирскую область. Илья ездил в длительную командировку в Африку (Конго), что для нас, конечно, удивительно, никто из моих родных и знакомых не работал за границей.
istokirb.ru/articles/m...
Когда у нее начала серьезно болеть нога, ее было не узнать, она стала молчаливая и печальная. Ногу вылечить не смогли, она начала сохнуть и стала короче, это для нее был страшный удар судьбы. Все ее подруги разъехались на работу по другим деревням и в город. Педучилище тоже переехало в Белебей. Она меня стала просить, чтобы я устроила ее на работу в нашей деревне, зарплаты учителей были маленькие, и прожить в другом месте было очень тяжело: нужно оплачивать жилье, покупать продукты, одежду, обувь. А так у нее жилье и продукты были бы свои, а на зарплату она могла бы покупать одежду. Я пыталась ее уговорить уехать со мной в Крыкнарат, там было место учителя, но она говорит: «На что мы будем жить, если вся зарплата будет уходить на жилье и продукты, как одеваться?». Через неделю я принесла ей направление на работу учителем в Дмитриевку. До сих пор жалею, что не уговорила ее поехать со мной в Крыкнарат, может, тогда не закончилась бы так трагически ее жизнь.
Коля был маленьким, худеньким и плаксивым. Соску (марлю с жеванным хлебом) почему-то выплевывал, а пустышку сосал с удовольствием, но когда у него появились зубы, он перекусывал пустышку. Помню, как-то родители привезли ему с базара 10 пустышек, так он быстро их перегрыз, с тех пор его отучили от пустышки. Рос он медленно, всегда был меньше сверстников. Очень любил что-нибудь строить, конструировать. Помню, как с Колей Рыжовым они строили маленькие молотилки, веялки, телеги. Без спроса брали у отца стройматериалы и инструменты, за что попадало ему от отца. Учился он очень хорошо, стена в передней комнате была украшена похвальными грамотами Нины и Коли. После седьмого класса поехал в Уфу в ремесленное училище, затем поступил в Уфимский железнодорожный техникум. Ростом он был маленький, его даже в армию не взяли из-за этого. Учился он хорошо, а годы были трудные, и жил он только на небольшую стипендию. Из дома ему нечем помочь — жили бедно, да и некому. Не было уже мамы.
Илья родился в 1935 году, учился в школе, в первом и седьмом классе жил у меня в деревне Крыкнарат, где я работала. Было ему очень сложно расти без мамы, но он всегда стремился к лучшему и хорошо учился. Я и Нина старались ему помогать во всем. Потом он поступил в Белебеевский техникум механизации, жил на квартире, времена были тяжелые. После техникума его забрали в армию, а после армии он поступил в Московский институт механизации и электрофикации. Затем его направили на работу во Владимирскую область. Илья ездил в длительную командировку в Африку (Конго), что для нас, конечно, удивительно, никто из моих родных и знакомых не работал за границей.
istokirb.ru/articles/m...