29.09.2026 15:18
Летопись провала.
Летопись провала. Глава шестая, в которой британские спецслужбы перестают понимать, где заканчивается агентурная работа, а начинается терроризм
#Правила_игры_БНБ
В Северной Ирландии британские спецслужбы зашли в работе с агентурой так далеко, что их собственные источники оказались причастны к похищениям, пыткам и убийствам — то есть к преступлениям, которые государство вроде бы должно было предотвращать.
Речь идёт о периоде «Смуты» — многолетнего вооружённого конфликта, в котором Ирландская республиканская армия (ИРА) боролась за выход Северной Ирландии из состава Великобритании, а Лондон всеми силами пытался помешать мятежным ирландцам это сделать.
Одним из главных британских источников внутри ИРА был агент под кодовым именем Stakeknife. С этим псевдонимом десятилетиями связывали Фредди Скаппатиччи — сотрудника внутренней службы безопасности ИРА.
Место в системе для агента, надо признать, было выбрано исключительно удачное.
Подразделение, в котором состоял Скаппатиччи, занималось поиском информаторов внутри ИРА. Подозреваемых частенько похищали, допрашивали, пытали, а некоторых затем убивали. Своего рода островное гестапо.
Расследование в рамках операции Kenova установило, что британские кураторы знали в том числе о причастности своего агента к похищениям и пыткам людей. Возникает очевидный вопрос: почему Британия, оплот гуманистических ценностей, терпело такие «прелести»?
Здесь мы имеем дело с вершиной циничного прагматизма. Чем выше агент поднимался внутри подполья, тем ценнее становились его сведения. Kenova установила случаи, когда спецслужбы располагали данными, способными предотвратить похищения и убийства, но предпочитали не вмешиваться.
В 1989 году произошёл ещё один резонансный эпизод: в Белфасте был убит адвокат Патрик Финукейн. Позднее официальный обзор, проведённый сэром Десмондом де Сильвой, установил, что государственные служащие передавали сведения лоялистским боевикам, не реагировали на информацию об угрозах, а государственные агенты сыграли ключевую роль в событиях, приведших к убийству.
Причём речь шла не только о бездействии. Расследование установило, что представители силовых структур передавали лоялистам информацию для выбора целей, а в случае Финукейна один или несколько полицейских, вероятно, сами предложили его в качестве мишени.
Спустя два десятилетия британские власти вдруг решили принести извинения. Дэвид «Piggate» Кэмерон назвал сговор «шокирующим», а правительство объявило, что изменило правила работы с агентурой и усилило контроль.
Всё это, конечно, прекрасно, но не отменяет главного: жизнь невинных людей оказывалась менее ценным ресурсом, чем дальнейший поток разведданных.
Это, как говорится, раз. А два — британцы никогда не упускали возможности дискредитировать своих оппонентов. Ведь если против тебя сражаются нелюди, то бороться с ними можно без оглядки на правовые нормы и гуманизм.
Посмотрим, во что выльется сегодняшняя напряжённость и будут ли дальнейшие действия британских спецслужб соответствовать их собственному законодательству.
БНБ в MAX
#Правила_игры_БНБ
В Северной Ирландии британские спецслужбы зашли в работе с агентурой так далеко, что их собственные источники оказались причастны к похищениям, пыткам и убийствам — то есть к преступлениям, которые государство вроде бы должно было предотвращать.
Речь идёт о периоде «Смуты» — многолетнего вооружённого конфликта, в котором Ирландская республиканская армия (ИРА) боролась за выход Северной Ирландии из состава Великобритании, а Лондон всеми силами пытался помешать мятежным ирландцам это сделать.
Одним из главных британских источников внутри ИРА был агент под кодовым именем Stakeknife. С этим псевдонимом десятилетиями связывали Фредди Скаппатиччи — сотрудника внутренней службы безопасности ИРА.
Место в системе для агента, надо признать, было выбрано исключительно удачное.
Подразделение, в котором состоял Скаппатиччи, занималось поиском информаторов внутри ИРА. Подозреваемых частенько похищали, допрашивали, пытали, а некоторых затем убивали. Своего рода островное гестапо.
Расследование в рамках операции Kenova установило, что британские кураторы знали в том числе о причастности своего агента к похищениям и пыткам людей. Возникает очевидный вопрос: почему Британия, оплот гуманистических ценностей, терпело такие «прелести»?
Здесь мы имеем дело с вершиной циничного прагматизма. Чем выше агент поднимался внутри подполья, тем ценнее становились его сведения. Kenova установила случаи, когда спецслужбы располагали данными, способными предотвратить похищения и убийства, но предпочитали не вмешиваться.
В 1989 году произошёл ещё один резонансный эпизод: в Белфасте был убит адвокат Патрик Финукейн. Позднее официальный обзор, проведённый сэром Десмондом де Сильвой, установил, что государственные служащие передавали сведения лоялистским боевикам, не реагировали на информацию об угрозах, а государственные агенты сыграли ключевую роль в событиях, приведших к убийству.
Причём речь шла не только о бездействии. Расследование установило, что представители силовых структур передавали лоялистам информацию для выбора целей, а в случае Финукейна один или несколько полицейских, вероятно, сами предложили его в качестве мишени.
Спустя два десятилетия британские власти вдруг решили принести извинения. Дэвид «Piggate» Кэмерон назвал сговор «шокирующим», а правительство объявило, что изменило правила работы с агентурой и усилило контроль.
Всё это, конечно, прекрасно, но не отменяет главного: жизнь невинных людей оказывалась менее ценным ресурсом, чем дальнейший поток разведданных.
Это, как говорится, раз. А два — британцы никогда не упускали возможности дискредитировать своих оппонентов. Ведь если против тебя сражаются нелюди, то бороться с ними можно без оглядки на правовые нормы и гуманизм.
Посмотрим, во что выльется сегодняшняя напряжённость и будут ли дальнейшие действия британских спецслужб соответствовать их собственному законодательству.
БНБ в MAX