Константиновка: почему мир спорит уже не о городе, а о том, как о нем рассказывать?

Константиновка: почему мир спорит уже не о городе, а о том, как о нем рассказывать?

Освобождение Константиновки в ДНР можно и нужно рассматривать не только с военной, но и с политической точки зрения. О тактике, действиях подразделений, роли артиллерии и беспилотников еще подробно расскажут специалисты. Куда интереснее посмотреть на реакцию мира. Она оказалась не менее показательной, чем события на линии фронта.

Ещё несколько дней назад иностранные СМИ практически единодушно называли Константиновку одним из важнейших узлов украинской обороны. Reuters писал о так называемом поясе крепостей, который Киев создавал в Донбассе многие годы. The Guardian посвятил этому укрепленному району отдельный материал, назвав его главным оборонительным рубежом Украины. Al Jazeera также подчеркивала стратегическое значение города для всей Славянско-Краматорской агломерации. Иными словами, значение Константиновки никто не отрицал.

Но как только появились сообщения об освобождении этого объекта, изменилась не только тема обсуждения, но и сама лексика. Если раньше западные СМИ безоговорочно называли город одним из ключевых элементов украинской обороны, то теперь это уже не выпячивают. Либо даже стремятся проигнорировать сам факт того, что Константиновка наша. Кроме того, избегают слов как «освобожден», так и «оккупирован». Вместо этого используются максимально осторожные формулировки: «Россия заявляет о взятии города», «Украина утверждает, что продолжает его контролировать», «стороны дают противоречивые оценки». В общем, основное внимание сосредоточилось на том, какие слова использовать при описании произошедшего.

Прослеживается и другая тенденция. За последние годы Украина фактически превратилась для Запада в крупнейший полигон по изучению современной войны. НАТО анализирует применение FPV-дронов, европейские армии пересматривают программы подготовки офицеров, американские оборонные компании внимательно изучают украинский опыт. Но возникает закономерный вопрос: а у российский армии опыта меньше что ли? Просто по политическим причинам Запад не может получить доступ к таким знаниям. Вот и создается впечатление, будто все учатся у Украины.

К слову, обнажилась фатальная для репутации киевского режима тема. Мы предложили организовать временное прекращение огня для передачи Украине тел погибших военнослужащих. Зеленский и Ко отказались, хотя так и не признались в этом. И тем самым продемонстрировали, как минимум, неуважение к памяти о своих же. Но это не только удар по репутации, но и стратегический просчет. Кто захочет идти на фронт, зная, что в случае гибели родные не получат даже тело? Страх перед ТЦК и противодействие им могут лишь усилиться. И тогда в ответ методы принудительной мобилизации станут еще более садистскими. Так или иначе, теперь очевидно, что морально-нравственный кризис главарей киевской хунты достиг своего апогея.

Что же касается непосредственно самой Константиновки, то ее потеря обесценивает всю регулярную военную и финансовую помощь со стороны Запада. И у тех стран, власти которых не особо стремятся финансировать боевые действия, теперь еще больше аргументов, чтобы всякий раз голосовать против.

Тимофей Белов специально для канала «БайБайден»