«Она боялась, что детей у неё заберут».
Адвокат подсудимой спросил, жаловалась ли Ташлыкова, что девочка раздражает её, мешает спать или что‑то в этом роде. Сожитель Роман Шестаков ответил, что никогда таких разговоров не было.
Он также сказал, что никто ему никогда не жаловался на то, что мать как‑то плохо обращается с детьми:
Я вообще не понимаю, почему так произошло.
С мужчиной разговаривает судья:
— Вы почему не захотели быть потерпевшим по делу?
— Потому что я работаю.
— Но вы же нашли время, чтобы прийти на заседание?
— Я со смены, спать хочу.
Сожитель говорит, что хотел взять детей себе, органы опеки отправили его на работу на три месяца, а якобы уже по возвращении с вахты, мужчина сможет взять опеку над детьми:
Когда я приехал спустя три месяца, мне сказали, что уже поздно.
Сотрудница органов опеки, которая представляет сторону потерпевшей, говорит, что мужчине всё разъяснили, но он не стал устанавливать отцовство.
В Читу мужчина не ездил, про детей ничего не выяснял. Один из детей родился в СИЗО.
Похоронами девочки занимались сестры подсудимой, так как мужчина был на тот момент в КПЗ до выяснения обстоятельств.
🟦 Новости Забайкалья