02.04.2026 17:13
Кровавая находка в квартире зятя: история пропавшей дочери
НАЧАЛО ИСТОРИИ 👉 Дочь пропала неделю назад. Зять рыдал и клялся
ПОДПИШИСЬ ЧИТАЙ ПРОДОЛЖЕНИЕ
Сиденье поддалось с протяжным скрипом. Мария Степановна замерла. В нос ударил запах хлорки, смешанный с чем-то сладковато-приторным, чужим.
Она заглянула внутрь. На дне аккуратной стопкой лежала одежда — светло-серая блузка Алины и чёрные брюки. Всё пропитано тёмным, въевшимся в ткань. Мария Степановна коснулась блузки. На пальцах остались бурые разводы.
Она выпрямилась, вытерла руки и достала телефон.
— Алло, это Мария Степановна Кравцова. Я хочу заявить об исчезновении моей дочери. И… я нашла её вещи в квартире зятя.
Через сорок минут в дверь позвонили. Трое в форме и следователь Громов.
— Показывайте, — кивнул он.
Она привела их к дивану. Полицейский достал блузку, развернул. На спине, ниже лопаток, ткань была разорвана. Ровная дыра с потемневшими краями.
— Нож? — тихо спросил второй.
— Похоже на то, — ответил Громов. — Где ваш зять?
— На работе. Он уехал около восьми.
— Он знает, что вы здесь?
— Нет.
Громов отдал распоряжение по телефону и повернулся к ней:
— Мария Степановна, вам лучше выйти на улицу.
— Нет. Я останусь. Я должна увидеть его лицо, когда он войдёт.
Громов кивнул своим: «Проследите, чтобы она держалась в стороне».
Они ждали почти час. Мария Степановна сидела в кресле. В голове крутилась картинка: Алина в три года, в панамке, бежит по дачной дорожке: «Мама, смотри, как я быстро!»
В половине двенадцатого в замке щёлкнул ключ.
Дмитрий вошёл с пакетом продуктов.
— Дим, — тихо сказала она.
Он поднял голову, увидел её, потом полицейских. Лицо его опустело.
— Что это значит? Вы без ордера, без понятых. Моя тёща не имеет права врываться в чужую квартиру.
— Дмитрий Алексеевич, — шагнул Громов, — в вашем диване обнаружены вещи вашей жены со следами крови. Вы можете объяснить?
Зять медленно поставил пакет. Выпрямился. Посмотрел на Марию Степановну.
— Вы не понимаете. Она меня довела. Я её любил. Но она начала кричать, что уйдёт. А я просто хотел, чтобы она замолчала. Всего на минуту.
— Где она, Дима? — шёпотом спросила Мария Степановна.
Он опустил голову.
— Там, где никто не найдёт.
Громов кивнул своим. Двое полицейских взяли Дмитрия под локти.
— Дмитрий Алексеевич, вы задержаны по подозрению в убийстве…
Дальше Мария Степановна не слышала. Она стояла посреди гостиной, смотрела на пустой диван с открытым ящиком и вдруг поняла, что больше никогда не испечёт пирог с капустой, не нальёт чай в две чашки, не услышит: «Мама, смотри, как я быстро».
Снаружи завыла сирена. А она всё смотрела на бурые пятна на своих ладонях. И не могла понять, почему они такие горячие.
ПОДПИШИСЬ! У нас много интересного 👇
ПОДПИШИСЬ ЧИТАЙ ПРОДОЛЖЕНИЕ
Сиденье поддалось с протяжным скрипом. Мария Степановна замерла. В нос ударил запах хлорки, смешанный с чем-то сладковато-приторным, чужим.
Она заглянула внутрь. На дне аккуратной стопкой лежала одежда — светло-серая блузка Алины и чёрные брюки. Всё пропитано тёмным, въевшимся в ткань. Мария Степановна коснулась блузки. На пальцах остались бурые разводы.
Она выпрямилась, вытерла руки и достала телефон.
— Алло, это Мария Степановна Кравцова. Я хочу заявить об исчезновении моей дочери. И… я нашла её вещи в квартире зятя.
Через сорок минут в дверь позвонили. Трое в форме и следователь Громов.
— Показывайте, — кивнул он.
Она привела их к дивану. Полицейский достал блузку, развернул. На спине, ниже лопаток, ткань была разорвана. Ровная дыра с потемневшими краями.
— Нож? — тихо спросил второй.
— Похоже на то, — ответил Громов. — Где ваш зять?
— На работе. Он уехал около восьми.
— Он знает, что вы здесь?
— Нет.
Громов отдал распоряжение по телефону и повернулся к ней:
— Мария Степановна, вам лучше выйти на улицу.
— Нет. Я останусь. Я должна увидеть его лицо, когда он войдёт.
Громов кивнул своим: «Проследите, чтобы она держалась в стороне».
Они ждали почти час. Мария Степановна сидела в кресле. В голове крутилась картинка: Алина в три года, в панамке, бежит по дачной дорожке: «Мама, смотри, как я быстро!»
В половине двенадцатого в замке щёлкнул ключ.
Дмитрий вошёл с пакетом продуктов.
— Дим, — тихо сказала она.
Он поднял голову, увидел её, потом полицейских. Лицо его опустело.
— Что это значит? Вы без ордера, без понятых. Моя тёща не имеет права врываться в чужую квартиру.
— Дмитрий Алексеевич, — шагнул Громов, — в вашем диване обнаружены вещи вашей жены со следами крови. Вы можете объяснить?
Зять медленно поставил пакет. Выпрямился. Посмотрел на Марию Степановну.
— Вы не понимаете. Она меня довела. Я её любил. Но она начала кричать, что уйдёт. А я просто хотел, чтобы она замолчала. Всего на минуту.
— Где она, Дима? — шёпотом спросила Мария Степановна.
Он опустил голову.
— Там, где никто не найдёт.
Громов кивнул своим. Двое полицейских взяли Дмитрия под локти.
— Дмитрий Алексеевич, вы задержаны по подозрению в убийстве…
Дальше Мария Степановна не слышала. Она стояла посреди гостиной, смотрела на пустой диван с открытым ящиком и вдруг поняла, что больше никогда не испечёт пирог с капустой, не нальёт чай в две чашки, не услышит: «Мама, смотри, как я быстро».
Снаружи завыла сирена. А она всё смотрела на бурые пятна на своих ладонях. И не могла понять, почему они такие горячие.
ПОДПИШИСЬ! У нас много интересного 👇