27.04.2026 10:41
Коллеги, наконец-то изучила международный консенсус EHRA по ведению пациентов с предсердными тахикардиями.
Коллеги, наконец-то изучила международный консенсус EHRA по ведению пациентов с предсердными тахикардиями.
Главное, что важно забрать в практику: предсердная тахикардия - это отдельная группа аритмий, где тактика лечения должна строиться не только по ЭКГ-картинке, а по механизму аритмии.
В документе все регулярные предсердные тахикардии с ЧСС >100/мин предлагается рассматривать как предсердные тахикардии и разделять на нереентри-тахикардии и re-entry-тахикардии: локализованные и макро-re-entry.
Термин «трепетание предсердий» авторы предлагают использовать более строго - прежде всего для кругов вокруг трикуспидального кольца.
Это принципиально, потому что одинаковая «регулярная предсердная тахикардия» на ЭКГ может требовать совершенно разной стратегии лечения.
Второй важный акцент: антиаритмическая терапия при большинстве предсердных тахикардий имеет ограниченную эффективность.
Бета-блокаторы и недигидропиридиновые антагонисты кальция могут использоваться для контроля ЧСС, но это не всегда решает проблему аритмии. У симптомных пациентов, при рецидивах и особенно при подозрении на тахи-индуцированную кардиомиопатию нужно вовремя думать не только о таблетках, а о направлении на ЭФИ/аблацию.
Катетерная аблация в консенсусе фактически становится ключевой стратегией ритм-контроль для многих пациентов с предсердными тахикардиями.
Важный практический момент: возраст сам по себе не должен быть причиной отказа от аблации, особенно при типичном трепетании
Отдельный принцип: лечим не только аритмию, но и предсердный субстрат.
У пациента с ПТ нужно искать структурное заболевание сердца, дилатацию предсердий, снижение ФВ, клапанную патологию, лёгочную гипертензию, перенесённые операции/аблации, а также активно заниматься факторами риска: АГ, ожирение, диабет, апноэ сна, алкоголь, курение, гиподинамия. Это не «фон», а часть аритмологического лечения.
Перед аблацией важна оценка тромбоэмболического риска. При re-entry ПТ , если пациент не в синусовом ритме и нет ≥3 недель эффективной антикоагуляции, рекомендована визуализация для исключения тромба, предпочтительно ЧПЭхоКГ. После левопредсердной аблации re-entry ПТ у пациентов с анамнезом ФП антикоагуляция рекомендована минимум на 2 месяца, далее - по индивидуальному риску. После аблации изолированной нереентри-тахикардии без анамнеза ФП постоянная антикоагуляция обычно не требуется.
Практический вывод для нас: при регулярной предсердной тахикардии недостаточно выбрать «ещё один антиаритмик». Нужно ответить на несколько вопросов: это ПТ или организованная ФП? Фокусная, локализованная re-entry или macro-re-entry? Есть ли рубец, предшествующая аблация/операция, структурное заболевание сердца? Есть ли риск тахи-индуцированной кардиомиопатии? И не опоздали ли мы с направлением к аритмологу?
Новый консенсус хорошо показывает сдвиг современной тактики: от эмпирического назначения антиаритмиков - к механизмо-ориентированному лечению, точной диагностике, грамотному картированию и своевременной аблации.
Главное, что важно забрать в практику: предсердная тахикардия - это отдельная группа аритмий, где тактика лечения должна строиться не только по ЭКГ-картинке, а по механизму аритмии.
В документе все регулярные предсердные тахикардии с ЧСС >100/мин предлагается рассматривать как предсердные тахикардии и разделять на нереентри-тахикардии и re-entry-тахикардии: локализованные и макро-re-entry.
Термин «трепетание предсердий» авторы предлагают использовать более строго - прежде всего для кругов вокруг трикуспидального кольца.
Это принципиально, потому что одинаковая «регулярная предсердная тахикардия» на ЭКГ может требовать совершенно разной стратегии лечения.
Второй важный акцент: антиаритмическая терапия при большинстве предсердных тахикардий имеет ограниченную эффективность.
Бета-блокаторы и недигидропиридиновые антагонисты кальция могут использоваться для контроля ЧСС, но это не всегда решает проблему аритмии. У симптомных пациентов, при рецидивах и особенно при подозрении на тахи-индуцированную кардиомиопатию нужно вовремя думать не только о таблетках, а о направлении на ЭФИ/аблацию.
Катетерная аблация в консенсусе фактически становится ключевой стратегией ритм-контроль для многих пациентов с предсердными тахикардиями.
Важный практический момент: возраст сам по себе не должен быть причиной отказа от аблации, особенно при типичном трепетании
Отдельный принцип: лечим не только аритмию, но и предсердный субстрат.
У пациента с ПТ нужно искать структурное заболевание сердца, дилатацию предсердий, снижение ФВ, клапанную патологию, лёгочную гипертензию, перенесённые операции/аблации, а также активно заниматься факторами риска: АГ, ожирение, диабет, апноэ сна, алкоголь, курение, гиподинамия. Это не «фон», а часть аритмологического лечения.
Перед аблацией важна оценка тромбоэмболического риска. При re-entry ПТ , если пациент не в синусовом ритме и нет ≥3 недель эффективной антикоагуляции, рекомендована визуализация для исключения тромба, предпочтительно ЧПЭхоКГ. После левопредсердной аблации re-entry ПТ у пациентов с анамнезом ФП антикоагуляция рекомендована минимум на 2 месяца, далее - по индивидуальному риску. После аблации изолированной нереентри-тахикардии без анамнеза ФП постоянная антикоагуляция обычно не требуется.
Практический вывод для нас: при регулярной предсердной тахикардии недостаточно выбрать «ещё один антиаритмик». Нужно ответить на несколько вопросов: это ПТ или организованная ФП? Фокусная, локализованная re-entry или macro-re-entry? Есть ли рубец, предшествующая аблация/операция, структурное заболевание сердца? Есть ли риск тахи-индуцированной кардиомиопатии? И не опоздали ли мы с направлением к аритмологу?
Новый консенсус хорошо показывает сдвиг современной тактики: от эмпирического назначения антиаритмиков - к механизмо-ориентированному лечению, точной диагностике, грамотному картированию и своевременной аблации.