21.09.2026 08:40
21 сентября 1380 года, 646 лет назад, состоялась знаменитая Куликовская битва.
21 сентября 1380 года, 646 лет назад, состоялась знаменитая Куликовская битва.
Монголы совершали свои походы, как известно, осенью, после того как кони хорошо отдохнули, когда пышное разнотравье кончилось и уже наступали первые заморозки, сковывавшие льдом реки и превращавшие их в дороги. Об этом было известно в Москве.
О том, что решающее столкновение с монголами не за горами, князь Дмитрий Донской хорошо знал. В день Успения Богоматери войска Руси собрались под Коломной, на Девичьем поле, где был устроен смотр. Встал вопрос: где встречать врагов? Задача была опередить соединение монголов с литовцами. Литовское войско было очень большим, и Дмитрий понимал, что если это соединение произойдет, то шансы на победу будут ничтожны.
«Сказание о Мамаевом побоище» сообщает трагическую деталь - стаи волков шли перелесками по бокам от войск, предвкушая богатую поживу, а по ночам они располагались вокруг лагеря русских воинов и страшно выли, что, без сомнения, погружало русских воинов в невеселые думы.
Когда же переправились через Дон, то стало ясно, что остаются уже не дни, а часы до начала битвы. В последнюю ночь перед битвой произошел эпизод, интересный для понимания психологии и духовной организации русского человека. С вражеской стороны шум, крики, гомон, а на русской стороне гробовая тишина. Русские воины готовились к бою, исповедовались, читали молитвы, думали и в благоговении проводили, может быть, последний вечер в своей жизни.
Перед лицом смерти нельзя веселиться, вести себя легкомысленно, поскольку предстоит встреча с Богом. И эта традиция была жива всегда. Вспомним, что в известном стихотворении М. Ю. Лермонтова «Бородино» описывается такая же сцена. И то же самое было перед битвой на Курской дуге в 1943 году.
Битва началась поединком татарского богатыря Челубея и Александра Пересвета и сразу после него войска сошлись, началась схватка. В течение шести часов шла рукопашная. Стена ломила стену, раненые погибали, истекая кровью, люди задыхались от жары, умирали от удушья, раздавленные телами сцепившихся воинов, а те, кто падал под копыта лошадей, уже никогда не поднимались.
Через несколько часов татары постепенно стали теснить русские войска, проломив сначала сторожевой полк, потом врубившись в большой полк и полки правой и левой руки. Однако русское войско не бежало, а, пятясь, теряя своих товарищей, отходило, держа ряды, к Непрядве. Казалось бы, поражение неминуемо.
Но когда наступил восьмой час дня, засадный полк, стоявший до этого в перелеске, пустившись галопом, строем внезапно врезался с тыла в татар. Законы конного боя таковы, что при отражении кавалерийской атаки необходимо встречать ее плотно сомкнутым строем и тоже на галопе, иначе войско теряет порядок и становится добычей тех, кто строй сохранил. А татары оказались меж двух фронтов и перестроиться уже не могли.
В тот же момент оставшиеся русские ряды собрали последние силы и перешли в наступление, помогая коннице. Началось избиение татар, которое продолжалось до вечера.
Мамай, стоявший в стороне на Красном холме, увидев, что происходит, бежал, а с ним и его свита. Догнать их так и не смогли, хоть и преследовали около 40 километров до реки Мечи.
Князь Владимир встал на поле под багряным знаменем. «Страшно, братья, зреть тогда и жалостно видеть и горько взглянуть на человеческое кровопролитие…»
Так совершилась победа на Куликовом поле. Победа не только над татарами — победа над собственной робостью, нерешительностью и многовековой разделенностью. Ведь в Куликовской битве разноплеменной татарской рати противостояли уже не разрозненные полки москвичей, ярославцев, владимирцев, нижегородцев, а единое русское войско, сплоченное незыблемой верой в правоту своего дела, единой духовной идеей.
Можно считать, что именно в этом сражении те тысячи людей, что проживали на Руси, стали русским народом, объединенным спасительной верой в Бога и осознавшим Москву и земли вокруг нее своей родиной.
Борис Якеменко (с)
.
Монголы совершали свои походы, как известно, осенью, после того как кони хорошо отдохнули, когда пышное разнотравье кончилось и уже наступали первые заморозки, сковывавшие льдом реки и превращавшие их в дороги. Об этом было известно в Москве.
О том, что решающее столкновение с монголами не за горами, князь Дмитрий Донской хорошо знал. В день Успения Богоматери войска Руси собрались под Коломной, на Девичьем поле, где был устроен смотр. Встал вопрос: где встречать врагов? Задача была опередить соединение монголов с литовцами. Литовское войско было очень большим, и Дмитрий понимал, что если это соединение произойдет, то шансы на победу будут ничтожны.
«Сказание о Мамаевом побоище» сообщает трагическую деталь - стаи волков шли перелесками по бокам от войск, предвкушая богатую поживу, а по ночам они располагались вокруг лагеря русских воинов и страшно выли, что, без сомнения, погружало русских воинов в невеселые думы.
Когда же переправились через Дон, то стало ясно, что остаются уже не дни, а часы до начала битвы. В последнюю ночь перед битвой произошел эпизод, интересный для понимания психологии и духовной организации русского человека. С вражеской стороны шум, крики, гомон, а на русской стороне гробовая тишина. Русские воины готовились к бою, исповедовались, читали молитвы, думали и в благоговении проводили, может быть, последний вечер в своей жизни.
Перед лицом смерти нельзя веселиться, вести себя легкомысленно, поскольку предстоит встреча с Богом. И эта традиция была жива всегда. Вспомним, что в известном стихотворении М. Ю. Лермонтова «Бородино» описывается такая же сцена. И то же самое было перед битвой на Курской дуге в 1943 году.
Битва началась поединком татарского богатыря Челубея и Александра Пересвета и сразу после него войска сошлись, началась схватка. В течение шести часов шла рукопашная. Стена ломила стену, раненые погибали, истекая кровью, люди задыхались от жары, умирали от удушья, раздавленные телами сцепившихся воинов, а те, кто падал под копыта лошадей, уже никогда не поднимались.
Через несколько часов татары постепенно стали теснить русские войска, проломив сначала сторожевой полк, потом врубившись в большой полк и полки правой и левой руки. Однако русское войско не бежало, а, пятясь, теряя своих товарищей, отходило, держа ряды, к Непрядве. Казалось бы, поражение неминуемо.
Но когда наступил восьмой час дня, засадный полк, стоявший до этого в перелеске, пустившись галопом, строем внезапно врезался с тыла в татар. Законы конного боя таковы, что при отражении кавалерийской атаки необходимо встречать ее плотно сомкнутым строем и тоже на галопе, иначе войско теряет порядок и становится добычей тех, кто строй сохранил. А татары оказались меж двух фронтов и перестроиться уже не могли.
В тот же момент оставшиеся русские ряды собрали последние силы и перешли в наступление, помогая коннице. Началось избиение татар, которое продолжалось до вечера.
Мамай, стоявший в стороне на Красном холме, увидев, что происходит, бежал, а с ним и его свита. Догнать их так и не смогли, хоть и преследовали около 40 километров до реки Мечи.
Князь Владимир встал на поле под багряным знаменем. «Страшно, братья, зреть тогда и жалостно видеть и горько взглянуть на человеческое кровопролитие…»
Так совершилась победа на Куликовом поле. Победа не только над татарами — победа над собственной робостью, нерешительностью и многовековой разделенностью. Ведь в Куликовской битве разноплеменной татарской рати противостояли уже не разрозненные полки москвичей, ярославцев, владимирцев, нижегородцев, а единое русское войско, сплоченное незыблемой верой в правоту своего дела, единой духовной идеей.
Можно считать, что именно в этом сражении те тысячи людей, что проживали на Руси, стали русским народом, объединенным спасительной верой в Бога и осознавшим Москву и земли вокруг нее своей родиной.
Борис Якеменко (с)
.