19.06.2026 11:12
Около трех недель назад, старый, неотапливаемый нуар-пентхаус.
Около трех недель назад, старый, неотапливаемый нуар-пентхаус.
— Итак, господа, бой боксера и кикбоксера состоялся, — прошипел Советник, с ленцой раскладывая на столе выцветшие карточки с надписью «Наследие бокса».
— Простите, Советник, а кто победил? — виновато спросил один из младших аналитиков. — Я был занят на восточно-европейском направлении и пропустил.
Советник долго молчал.
— Вопрос поставлен неверно.
— То есть?
— Победителя в этой схватке нет. Потерпели поражение все.
Он подошел к окну. За стеклом сияла бесконечная ночь.
— Но публика же смотрела...
— Публика смотрит и порнуху... Но кто, кроме порно-тусовки от этого выигрывает?
Неофит смущено поправил очки и сделал пометку в блокноте.
— А что насчет спорта?
В зале повисла неловкая пауза.
— Какого спорта? — наконец спросил Советник.
— Э... бокса, какого же еще?
Несколько присутствующих переглянулись. Один из них нервно хохотнул, решив, что это шутка.
Советник не смеялся.
— Дражайший коллега, вы рассуждаете так, словно бокс еще существует как самостоятельное явление. Он давно стал приложением к соцсетям, пресс-конференциям по сценарию, промо-подкастам и публичным переговорам о гонорарах. История со взлетом MVP вас ничему не научила?
В сущности, перед нами визуализация укоренившихся штампов, подкрепленная историческим контекстом. Именно в этом ключе и стоит воспринимать пагубную страсть толпы к низкопробным суррогатам.
И обратите внимание на ее реакцию. Часть возмущена. Часть смеется. Остальные спорят, является ли это боксом.
— А является?
— В современном деградирующем понимании? Конечно. Сегодня бокс — это жанр общественно-политического дискурса и энтертейнмент не самой высокой пробы.
— Но что дальше?
Советник задумался.
Где-то далеко с шумом захлопнулась дверь. Вероятно, это была дверь в здравый смысл.
— Дальше все как обычно: через месяц появится новый бой, который назовут историческим. Возможно, если карты лягут, мы даже сумеем толкнуть реванш этого суррогата. Как раз сейчас над этим хлопочем...
Через два месяца объявят рекордные гонорары. Через три кто-нибудь скажет, что спорт и чемпионы еще никогда не были сильнее.
— А если охлос и плебс не поверят и перестанут смотреть?
— Тогда докупим еще одного условного инфлюенсера с белыми зубами и арендованным «Ламборгини». Он запишет несколько вертикальных видео и расскажет, что это не цирк, а новая эра, тонкий стиль и элитное развлечение.
— Но, Советник, есть же шанс, что это все окончательно превратится в цирк?
Советник отхлебнул из стакана тягучую бордовую жидкость и впервые за вечер улыбнулся.
— Почему «превратится»?
————
Все персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны
— Итак, господа, бой боксера и кикбоксера состоялся, — прошипел Советник, с ленцой раскладывая на столе выцветшие карточки с надписью «Наследие бокса».
— Простите, Советник, а кто победил? — виновато спросил один из младших аналитиков. — Я был занят на восточно-европейском направлении и пропустил.
Советник долго молчал.
— Вопрос поставлен неверно.
— То есть?
— Победителя в этой схватке нет. Потерпели поражение все.
Он подошел к окну. За стеклом сияла бесконечная ночь.
— Но публика же смотрела...
— Публика смотрит и порнуху... Но кто, кроме порно-тусовки от этого выигрывает?
Неофит смущено поправил очки и сделал пометку в блокноте.
— А что насчет спорта?
В зале повисла неловкая пауза.
— Какого спорта? — наконец спросил Советник.
— Э... бокса, какого же еще?
Несколько присутствующих переглянулись. Один из них нервно хохотнул, решив, что это шутка.
Советник не смеялся.
— Дражайший коллега, вы рассуждаете так, словно бокс еще существует как самостоятельное явление. Он давно стал приложением к соцсетям, пресс-конференциям по сценарию, промо-подкастам и публичным переговорам о гонорарах. История со взлетом MVP вас ничему не научила?
В сущности, перед нами визуализация укоренившихся штампов, подкрепленная историческим контекстом. Именно в этом ключе и стоит воспринимать пагубную страсть толпы к низкопробным суррогатам.
И обратите внимание на ее реакцию. Часть возмущена. Часть смеется. Остальные спорят, является ли это боксом.
— А является?
— В современном деградирующем понимании? Конечно. Сегодня бокс — это жанр общественно-политического дискурса и энтертейнмент не самой высокой пробы.
— Но что дальше?
Советник задумался.
Где-то далеко с шумом захлопнулась дверь. Вероятно, это была дверь в здравый смысл.
— Дальше все как обычно: через месяц появится новый бой, который назовут историческим. Возможно, если карты лягут, мы даже сумеем толкнуть реванш этого суррогата. Как раз сейчас над этим хлопочем...
Через два месяца объявят рекордные гонорары. Через три кто-нибудь скажет, что спорт и чемпионы еще никогда не были сильнее.
— А если охлос и плебс не поверят и перестанут смотреть?
— Тогда докупим еще одного условного инфлюенсера с белыми зубами и арендованным «Ламборгини». Он запишет несколько вертикальных видео и расскажет, что это не цирк, а новая эра, тонкий стиль и элитное развлечение.
— Но, Советник, есть же шанс, что это все окончательно превратится в цирк?
Советник отхлебнул из стакана тягучую бордовую жидкость и впервые за вечер улыбнулся.
— Почему «превратится»?
————
Все персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны