16.09.2026 14:59
То состояние, которое бывает после исповеди, невозможно до конца объяснить тому, у кого такого опыта нет.
То состояние, которое бывает после исповеди, невозможно до конца объяснить тому, у кого такого опыта нет.
Но все же давайте попробуем разобраться, откуда возникает это чувство легкости, радости. Дело в том, что, по церковному вероучению, человеческая душа не может существовать сама по себе. Вот как телу нужны еда, вода, воздух, так и душа — она должна что-то в себя принимать, она создана как вместилище чего-то. И не просто «чего-то», а Бога. Неслучайно апостол Павел называл человеческие тела храмом, в который хочет вселиться Бог (1Кор 6:19).
А что происходит с душой человека, который грешит? Он ведь не может ее ничем не наполнять, но вместо того, чтобы впустить туда Святого Духа, наполняет ее каким-то грязным безликим грузом. Не для такого наполнения создана душа, и вся эта гадость, которую мы в нее тащим, ей несвойственна, душа от нее страдает. Эти страдания внешне выражаются по-разному — и в постоянном раздражении, и в различных страхах, и в плохом настроении, от которого люди пытаются избавиться с помощью всяких развлечений, но все равно не получается.
Что же происходит с душой, когда мы исповедаемся?
Во-первых, мы выбрасываем из нее тот груз, что ее тяготил. Все то мелкое, глупое, пошлое, недостойное нас — мы от этого избавляемся, и, конечно, нам становится легче. Оттого и выражение такое в русском языке есть: «как камень с души свалился». Грех — это тот самый камень и есть.
Во-вторых (и это важнее!), когда мы выкинули из души весь заполнявший ее мусор, то в ней освобождается место для Святого Духа, в нее входит Бог. Мы каким-то таинственным, мистическим образом встречаемся с Ним — встречаемся внутри себя. И Его присутствие, пусть даже невидимое, неощутимое нашими материальными органами чувств, дает ощущение радости. Причем такой радости, по сравнению с которой меркнут все эти наши обыденные удовольствия.
Но тут надо сделать важную оговорку. Все это будет — чувство легкости, радость — только в том случае, если исповедь действительно была настоящей исповедью, а не соблюдением какого-то предписанного формального обычая. А так, к сожалению, очень часто бывает — люди идут исповедоваться не потому, что их тяготит грех, а чтобы получить допуск до причастия (а причащаются, потому что «так положено»).
Надо понимать, что исповедь — это не какой-то магический ритуал. Священник может прочитать положенные молитвы, произнести слова об отпущении грехов — но на самом деле ничего не произойдет, грехи человека останутся в нем, а Богу по-прежнему не найдется места в его душе. Я имею в виду и те грехи, которые человек перечислил формально, без настоящего желания от них избавиться, и, тем более, те, которые он от священника скрыл (а ведь в них-то, чаще всего, и заключаются наши основные духовные болячки).
Для того, чтобы исповедь «сработала», она должна быть искренней. А искренней она будет, если человек понимает: он сейчас пришел не к священнику, а к Богу, и обращается именно к Богу.
💬 Протоиерей Александр ЕЛАТОМЦЕВ
Но все же давайте попробуем разобраться, откуда возникает это чувство легкости, радости. Дело в том, что, по церковному вероучению, человеческая душа не может существовать сама по себе. Вот как телу нужны еда, вода, воздух, так и душа — она должна что-то в себя принимать, она создана как вместилище чего-то. И не просто «чего-то», а Бога. Неслучайно апостол Павел называл человеческие тела храмом, в который хочет вселиться Бог (1Кор 6:19).
А что происходит с душой человека, который грешит? Он ведь не может ее ничем не наполнять, но вместо того, чтобы впустить туда Святого Духа, наполняет ее каким-то грязным безликим грузом. Не для такого наполнения создана душа, и вся эта гадость, которую мы в нее тащим, ей несвойственна, душа от нее страдает. Эти страдания внешне выражаются по-разному — и в постоянном раздражении, и в различных страхах, и в плохом настроении, от которого люди пытаются избавиться с помощью всяких развлечений, но все равно не получается.
Что же происходит с душой, когда мы исповедаемся?
Во-первых, мы выбрасываем из нее тот груз, что ее тяготил. Все то мелкое, глупое, пошлое, недостойное нас — мы от этого избавляемся, и, конечно, нам становится легче. Оттого и выражение такое в русском языке есть: «как камень с души свалился». Грех — это тот самый камень и есть.
Во-вторых (и это важнее!), когда мы выкинули из души весь заполнявший ее мусор, то в ней освобождается место для Святого Духа, в нее входит Бог. Мы каким-то таинственным, мистическим образом встречаемся с Ним — встречаемся внутри себя. И Его присутствие, пусть даже невидимое, неощутимое нашими материальными органами чувств, дает ощущение радости. Причем такой радости, по сравнению с которой меркнут все эти наши обыденные удовольствия.
Но тут надо сделать важную оговорку. Все это будет — чувство легкости, радость — только в том случае, если исповедь действительно была настоящей исповедью, а не соблюдением какого-то предписанного формального обычая. А так, к сожалению, очень часто бывает — люди идут исповедоваться не потому, что их тяготит грех, а чтобы получить допуск до причастия (а причащаются, потому что «так положено»).
Надо понимать, что исповедь — это не какой-то магический ритуал. Священник может прочитать положенные молитвы, произнести слова об отпущении грехов — но на самом деле ничего не произойдет, грехи человека останутся в нем, а Богу по-прежнему не найдется места в его душе. Я имею в виду и те грехи, которые человек перечислил формально, без настоящего желания от них избавиться, и, тем более, те, которые он от священника скрыл (а ведь в них-то, чаще всего, и заключаются наши основные духовные болячки).
Для того, чтобы исповедь «сработала», она должна быть искренней. А искренней она будет, если человек понимает: он сейчас пришел не к священнику, а к Богу, и обращается именно к Богу.
💬 Протоиерей Александр ЕЛАТОМЦЕВ