Я есть …Одна женщина много раз наступала на одни и те же грабли. Она умела быть верхом любезности, образцом предупре

Я есть

…Одна женщина много раз наступала на одни и те же грабли.
Она умела быть верхом любезности, образцом предупредительности, иконой договоренностей.

У нее была одна бессознательная идея, которая стала объемно очевидной к третьему году терапии: Не мешать. И не мешаться.

И, если бы ей это удалось, она (в мечтах) получила бы вожделенное вознаграждение от самого важного человека в своей жизни:
Ну, наконец-то! Наконец-то ты - молодец! Наконец-то ты исчезла, перестала занимать пространство своими нуждами, хотелками и вообще телодвижениями! Тебя не видно и не слышно, ты не мешаешься, и потому получи свою награду! Теперь ты принята, и тебя можно любить!

С каждым человеком, с которым, так или иначе, складывался материнский перенос, она пыталась.
Она шлифовала свою способность быть необременительной настолько, чтобы ее присутствие почти не было заметным.

Она вкладывалась… Много. Интересовалась делами – тех самых, кто значим в переносе, делала им подарки, подвозила на своей машине, в гости приезжала со всем своим, лишь бы не побеспокоить, оплачивала совместные расходы…
Молчала, когда что-то не нравилось, терпела неудобства, не заявляя о своих интересах, достигла совершенства в проговаривании всех своих действий – лишь бы не вызвать недовольства.

Но грабли каждый раз больно ударяли по лбу; недовольство все равно возникало – и неожиданно, и узнаваемо; каждый раз обрушивая ее в надежде получить вожделенное одобрение. Очередной конфликт будил старые чувства обиды и гнева, и сход лавины погребал под собой и очередные отношения, и на какое-то время – надежду….

…Откуда берется эта надежда? Что можно получить одобрение, а потом и награду – любовь и принятие?

Это иллюзия, созданная слиянием. Отсутствием родительской ответственности за свои процессы.

…..Сейчас те родители, которые в терапии, рассказывают мне об этом….
Кто-то нахамил, осудил, влез с поучениями, не заметил нужду, обвинил, а защитить себя не успели…
Все эмоции обрушиваются на ребенка. Потом остается вина, а вот ответственность взять на себя трудно.

А в чем была бы ответственность?
Признать свои чувства, работать над способностью защищать границы, жаловаться терапевту – т.е. находить специально организованное пространство для размещения своих чувств, извиняться, в конце концов!

Вот эта ответственность и является сигналом для ребенка: проблема не во мне… У взрослого трудности, но это его дело – справляться с ними.

… У этой женщины была иллюзия: именно от Меня зависит, будет ли моя мама в настроении, и сможет ли меня любить. А для этого я должна не мешаться, потому что мама раздражается!

….Однако грабли раз за разом напоминали, что… что-то не так. Не срабатывает, не получается…
Для того, чтобы не вызывать недовольства, нужно не быть. То есть не жить.

….Живой человек всегда занимает пространство, шумит, использует общие места, хочет, смеется, плачет, не хочет, и вообще отдельный.

Отказаться от иллюзии страшно: а вдруг никто не полюбит? Однако единственное решение в этом случае - выбросить грабли: Я есть!

Я живая, я занимаю пространство! Стало быть, потенциально могу кому-то мешать. Ничего не поделаешь!

Другому человеку придется смириться с тем, что я есть! Если он совсем не может меня выносить – он уйдет из моей жизни; с остальными договоримся, сообщив друг другу о своих границах.

Больше никаких подстроек и совершенствования незаметности! Потрачу свою энергию на то, чтобы научиться договариваться с теми, кто умеет делить ответственность.

Вероника Хлебова