Была такая легенда: Все торговые точки на Луговой в 90 - х годах доил какой - то дед, который приезжал на стрелки на ст

Была такая легенда:
Все торговые точки на Луговой в 90 - х годах доил какой - то дед, который приезжал на стрелки на старом «москвиче»

Эта легенда действительно имеет под собой вполне реальную историческую и фактурную основу, хотя со временем она обросла кинематографичными деталями.

В криминальных хрониках Владивостока конца 90-х этот человек остался под прозвищем «Дед Матвей» (в оперативных сводках Первореченского и Ленинского РОВД он проходил как Матвей Борисович Кравчук, 1934 года рождения).

Луговая в 90-х — это не просто площадь, это гигантский неконтролируемый транспортно-торговый узел: трамвайное кольцо, пересадка на автобусы, сотни китайских палаток, первые коммерческие киоски («комки») и стихийный рыбно-овощной рынок.

Крупные группировки (Винни-Пухи, Ларионовские, Баулы) делили большие объекты — порты, авторынки, заводы. Мелкую розницу, торговцев с коробок и владельцев железных павильонов на Луговой они презирали и системно ими не занимались — собирать «по сто рублей» с каждой точки было слишком энергозатратно. Эту нишу и занял Дед Матвей.

Матвей Кравчук не был классическим бандитом или «синим» уголовником. В советское время он работал начальником базы снабжения или крупного таксопарка на Борисенко. У него были две вещи, которые ценились в 90-х: огромные связи среди старой номенклатуры (включая милицейское начальство) и абсолютное хладнокровие человека, которому уже нечего терять.

Он действительно передвигался на сером Москвиче-2140 (госномер «00-47 ВЛА»), который выглядел как типичное авто пенсионера-дачника — с багажником на крыше и рассадой в салоне весной. Это была идеальная маскировка. Бандиты на Марках и Крузаках привлекали внимание ОМОНа и киллеров, а старый «Москвич» никто не досматривал. К тому же, дед демонстративно парковал его прямо у трамвайного кольца под носом у дежуривших там патрулей.

Матвей Борисович создал то, что сейчас назвали бы «альтернативным профсоюзом». Он собирал фиксированную, но небольшую плату с каждого лоточника и челнока на Луговой (от виадука до кинотеатра «Владивосток»). Взамен он гарантировал, что их не тронет залетная шпана и «дикие» бригады.

Если на Луговую заезжали молодые быки из какой-нибудь новой бригады и пытались «наехать» на торговцев, те говорили: «Мы под Дедом». Назначалась стрелка — обычно на пустыре за трамвайным депо или в районе Минного городка.

Приезжал старый «Москвич». Из него выходил сухой дед в поношенном плаще. Но фокус был в том, что дед никогда не приезжал один. Сзади, на дистанции, всегда стояла неприметная «Тойота Корона», в которой сидели либо действующие офицеры СОБРа (которым дед платил долю за «консультации»), либо авторитетные люди из старой гвардии Баула, уважавшие Кравчука за прошлые дела.

Дед Матвей не орал и не гнул пальцы. Он доставал блокнот, называл имена начальников РОВД, адреса баз и спокойно объяснял молодым, почему им лучше исчезнуть с Луговой прямо сейчас. Логика и связи ломали наглый напор.

Луговая оставалась под Дедом до самого 2000 года, пока рынок не начали перестраивать в капитальные торговые центры.