Никто не штопает носки.

Никто не штопает носки. И уж если совсем поглубже в историю — никто из тех, кому меньше шестидесяти, не знает, что такое перелицевать костюм или пальто.

Никто уже не чистит ковры первым снегом или соком от квашеной капусты.

Никто уже не протирает тройным одеколоном головку звукоснимателя в кассетном магнитофоне. Как и не склеивает лаком зажёванную плёнку в кассетах.

Никто уже не вырезает телепрограммы из субботней газеты и не подчёркивает в ней интересные передачи, на которые нужно успеть.

Никто уже не посылает сервелат в посылках.

Никто уже не хранит пустые пивные банки в серванте.

Никто уже не хвастает умением разжечь спичку, чиркнув об оконное стекло или об штанину.

Никто уже не считает, что лучшее средство от кашля — это банки или медовый компресс на ночь.

Никто уже не стирает полиэтиленовые пакеты.

Никто уже каждый вечер не заводит часы и будильник.

Никто уже не разбрызгивает воду изо рта во время глажки брюк.

Никто уже давно не чистит зубы зубной щёткой с натуральной щетиной. Странно, а они были самыми дешёвыми.

Никто уже не подаёт покупные пельмени в качестве главного блюда на праздничном столе.

Никто уже не помнит, чем отличается синяя стёрка от красной… А я помню! Синяя стирает карандаш, а красная — стирает чернила и проделывает дырки в бумаге.

Никто уже не коллекционирует полезные советы из отрывных календарей.

Никто уже не наклеивает переводилки на кафельную плитку.

Никто уже не ходит в фотоателье, чтобы сделать ежегодный семейный портрет.

Никто уже не украшает стены квартиры выжиганием или чеканкой собственного изготовления.

Никто уже не вяжет банты на гриф гитары.

Никто и не вспомнит, что когда футболка торчит из под свитера — это называется «из под пятницы суббота», и вообще это просто неприлично!

Никто уже не оставляет масло в сковороде «на следующий раз».

Никто уже не боится, что сливной бачок в один прекрасный день всё-таки упадёт на голову.

И никто уже давно не слышал свежих анекдотов про Штирлица и Василия Ивановича.

Грустно…

Мы будем первым поколением, что не оставит от себя следов.

Мы не оставим своих писем. От себя из юности, когда так остро и неразделённо, а позже понимаешь, что не с тем. Мы не оставим писем от себя постарше, для друзей, с которыми тоскуем по неважным прежде дням. Мы не оставим своих почерков, затёртой, мятой, сложенной бумаги, конвертов с адресами, штемпелями, именами тех, кому и от кого.

Мы не оставим фотографий. Они все сгинут в электронной суете. Нам и сейчас уже не вынуть свой фотоальбом, нам и сейчас не надписать на обороте — нету оборотов. Мне негде написать, что это я, а это Женька, это Машка, это мы. Мы не оставим своих лиц.

Не будет мемуаров, дневников, записок, писем, фотографий разных лет.

Не будет биографий, почерков, всего, что для кого-то остаётся нитью к нам, ушедшим навсегда. Мы будем первыми, кто растворится без следа.

Привет, эпоха гаджетов, компьютеров и соцсетей. Ты умудрилась нас стереть….

Когда-то в детстве бабушка сказала: » Знаешь, а счастье… оно бывает разное.»

Я думал, ну что за глупости… счастье… оно ведь счастье — это когда всё идеально — хорошо, абсолютно всё!

И только теперь, спустя годы, я начинаю его понимать… Счастье не абсолютно, оно относительно…

Счастье… это когда не болит…

Счастье… когда здоровы дети…

Счастье… когда есть кому рассказать свой сон…

Счастье… когда есть о ком подумать в одиночестве…

Счастье… когда есть кому подумать о тебе…

Счастье… когда есть дом, в который хочется возвращаться…

Счастье… когда на душе покой…

Счастье… когда твои дети выросли достойными людьми…

Счастье… когда у тебя есть утро…

Счастье… когда тебе звонят просто так…

Счастье… это просто отсутствие несчастья…

Счастье… его на самом деле так много, а мы его всё ждём и ждём, не зная, что оно-то бывает разное…

Счастья тебе!