12.07.2026 05:16
«Глаза на затылок»?
«Глаза на затылок»? Жительница Оренбурга после неудачной пластики потратила на восстановление здоровья 2 млн рублей
Темные очки, спадающие на глаза волосы — для Натальи Левицкой из Оренбурга это уже не часть имиджа, а суровая необходимость. Девушке есть что прятать от чужих взглядов: собственные веки. То, что сотворил с ее лицом хирург-мясник, не замаскировать даже тональным кремом.
Наталья пришла в клинику, чтобы убрать нависшие веки. Именно там судьба свела ее с «чудо-доктором», которая предложила инновационную методику. Операция проводилась без анестезиолога и реаниматолога, не требовала стационара. Подкупила и цена — всего 50 тысяч рублей, что значительно дешевле, чем в других медучреждениях.
Почему-то Наталью не смутило, что перед вмешательством врач не назначила сдачу анализов, требовала оплату исключительно наличными, а договор об оказании услуг так и не составили. Итог закономерен: вместо обещанной красоты — жуткие последствия: шрамы, отеки и серьезные проблемы со здоровьем.
«Я ложусь спать, закрываю глаза, а они сами раскрываются. Верхнего века просто нет — его вырезали», — с ужасом вспоминает Наталья.
Около года пациентка буквально умоляла врача вернуть ей красоту и здоровье. Повторные операции не дали результата, а доктор перестала выходить на связь. Тогда и нашлись другие жертвы. Сегодня таких историй уже около десятка: неровные гнойные швы, грыжи, нарушение мимики — все это, по словам пострадавших, последствия операций доктора Алиповой.
Уже больше полугода длятся судебные тяжбы. Наталья пытается сделать все, чтобы врач перестала уродовать людей в Оренбурге. Но специалист, видимо, настолько уверена в своей безнаказанности, что даже не думает прекращать практику. Корреспонденты отправились к ней на консультацию.
Прием ведется в клинике на улице Гаранькина, 17. Врач — сама себе директор. Первое, что бросается в глаза, — уголок потребителя. Вместо лицензий и сертификатов там красуется грозная вывеска: «Врача не снимать — карается административной ответственностью».
Журналист садится на кушетку. И тут 25-летнему корреспонденту врач предлагает сделать подтяжку! На просьбу показать официальные документы обещает прислать их в мессенджере. К этому вопросу мы еще вернемся, а пока интересуемся судьбой героини Натальи. Однако доктор делает вид, что видит пациентку впервые.
Мы направили запрос в Росздравнадзор и выяснилось: свидетельство об аккредитации клиники истекло еще два года назад. Сейчас это обычный косметолог, который не имеет права резать людей. Однако у входа в клинику нас встречает счастливая пациентка, выходящая от Елены Алиповой. Операцию ей провели несколько недель назад, и она очень довольна результатом блефаропластики.
Ценники у черных хирургов действительно заманчивые: сделать нос поуже — 100 тысяч рублей, грудь побольше — 90, убрать живот — 40. Но чтобы стать первоклассным специалистом и не превращать девушек в уток, на обучение необходимо потратить 11 лет, а затем каждые 5 лет подтверждать аккредитацию.
Сергей Рудомин, пластический хирург с 25-летним стажем из Оренбурга, говорит, что за время работы к нему на исправление приходили десятки, если не сотни жертв таких горе-специалистов. Основная проблема в том, что если у клиники нет документов на медицинскую деятельность, то нет и проверок. Росздравнадзор мониторит только лицензированные учреждения.
«Если люди считают, что их права нарушены медицинской организацией, они могут обратиться в прокуратуру, — комментирует Алексей Гришин, адвокат, преподаватель ОИ МГЮА. — Ответственность зависит от последствий: если нет лицензий — административная, если причинен тяжкий вред здоровью или наступила смерть — уголовная».
По словам эксперта, в большинстве случаев, когда некачественная операция привела лишь к эстетическим дефектам, правоохранительные органы отказывают в возбуждении уголовного дела, так как формально нет вреда здоровью. Чтобы дело все же возбудили, пациент должен потерять зрение, речь или слух.
Темные очки, спадающие на глаза волосы — для Натальи Левицкой из Оренбурга это уже не часть имиджа, а суровая необходимость. Девушке есть что прятать от чужих взглядов: собственные веки. То, что сотворил с ее лицом хирург-мясник, не замаскировать даже тональным кремом.
Наталья пришла в клинику, чтобы убрать нависшие веки. Именно там судьба свела ее с «чудо-доктором», которая предложила инновационную методику. Операция проводилась без анестезиолога и реаниматолога, не требовала стационара. Подкупила и цена — всего 50 тысяч рублей, что значительно дешевле, чем в других медучреждениях.
Почему-то Наталью не смутило, что перед вмешательством врач не назначила сдачу анализов, требовала оплату исключительно наличными, а договор об оказании услуг так и не составили. Итог закономерен: вместо обещанной красоты — жуткие последствия: шрамы, отеки и серьезные проблемы со здоровьем.
«Я ложусь спать, закрываю глаза, а они сами раскрываются. Верхнего века просто нет — его вырезали», — с ужасом вспоминает Наталья.
Около года пациентка буквально умоляла врача вернуть ей красоту и здоровье. Повторные операции не дали результата, а доктор перестала выходить на связь. Тогда и нашлись другие жертвы. Сегодня таких историй уже около десятка: неровные гнойные швы, грыжи, нарушение мимики — все это, по словам пострадавших, последствия операций доктора Алиповой.
Уже больше полугода длятся судебные тяжбы. Наталья пытается сделать все, чтобы врач перестала уродовать людей в Оренбурге. Но специалист, видимо, настолько уверена в своей безнаказанности, что даже не думает прекращать практику. Корреспонденты отправились к ней на консультацию.
Прием ведется в клинике на улице Гаранькина, 17. Врач — сама себе директор. Первое, что бросается в глаза, — уголок потребителя. Вместо лицензий и сертификатов там красуется грозная вывеска: «Врача не снимать — карается административной ответственностью».
Журналист садится на кушетку. И тут 25-летнему корреспонденту врач предлагает сделать подтяжку! На просьбу показать официальные документы обещает прислать их в мессенджере. К этому вопросу мы еще вернемся, а пока интересуемся судьбой героини Натальи. Однако доктор делает вид, что видит пациентку впервые.
Мы направили запрос в Росздравнадзор и выяснилось: свидетельство об аккредитации клиники истекло еще два года назад. Сейчас это обычный косметолог, который не имеет права резать людей. Однако у входа в клинику нас встречает счастливая пациентка, выходящая от Елены Алиповой. Операцию ей провели несколько недель назад, и она очень довольна результатом блефаропластики.
Ценники у черных хирургов действительно заманчивые: сделать нос поуже — 100 тысяч рублей, грудь побольше — 90, убрать живот — 40. Но чтобы стать первоклассным специалистом и не превращать девушек в уток, на обучение необходимо потратить 11 лет, а затем каждые 5 лет подтверждать аккредитацию.
Сергей Рудомин, пластический хирург с 25-летним стажем из Оренбурга, говорит, что за время работы к нему на исправление приходили десятки, если не сотни жертв таких горе-специалистов. Основная проблема в том, что если у клиники нет документов на медицинскую деятельность, то нет и проверок. Росздравнадзор мониторит только лицензированные учреждения.
«Если люди считают, что их права нарушены медицинской организацией, они могут обратиться в прокуратуру, — комментирует Алексей Гришин, адвокат, преподаватель ОИ МГЮА. — Ответственность зависит от последствий: если нет лицензий — административная, если причинен тяжкий вред здоровью или наступила смерть — уголовная».
По словам эксперта, в большинстве случаев, когда некачественная операция привела лишь к эстетическим дефектам, правоохранительные органы отказывают в возбуждении уголовного дела, так как формально нет вреда здоровью. Чтобы дело все же возбудили, пациент должен потерять зрение, речь или слух.