из архива: Обычно неделя, предваряющая Великий пост, проходит на какой-то свой расслабленный мотив.
Обычно неделя, предваряющая Великий пост, проходит на какой-то свой расслабленный мотив. Присутствует внутреннее чувство, что это всё ещё не по-настоящему — вот на Первой Седмице уже да, а сейчас пока тренируемся. Возможно, думы, положенные скорой святой Четыредесятнице, сбивают мысли о блинах, потому как после обеда предваряющую седмицу невольно начинаешь называть предлежащей в прямом и переносном смысле.
Кстати, слово «предлежащее» для богослужебного языка не ново: так переводится с греческого προκείμενον — Прокимен — особый стих, который обычно поётся перед чтением Священного Писания. Много лет назад, когда меня ещё не было в Астрахани, в Успенском соборе Кремля служил протодиакон Владимир, обладающий прекрасным баритоном. В период сырной седмицы перед службой он вышел из алтаря к хору и, обращаясь к регенту, спросил:
— Матушка, вы подготовили сегодняшний прокимен масленицы?
Собственно, «матушкой» он называл всех лиц женского пола; в этом конкретном случае таковой оказалась молодая девушка, совсем недавно заступившая регентовать. Ему показали приготовленный прокимен дня, но отец Владимир отрицательно покачал головой. Вся расслабленность предстояще-предлежащей недели тут же улетучилась. Певчие, причём все, бросились сверяться с записями и богослужебными книгами. Когда в глазах клиросных блеснуло отчаяние, выдержав положенную паузу, протодиакон ответил:
— Ну как же так, совсем не подготовились… — и после профессионально, но негромко протянул: — Как на масленой неделе из трубы блины летели.
Все выдохнули, оценив шутку уважаемого протодиакона, однако лишние блины, по крайней мере до конца службы, из головы улетучились.