К слову говоря о засранце в моём подъезде.
Макнул лицом в его же лужу. Хотел заставить съесть го*но, что осталось после него, но из гуманных соображений не стал. Скрутил его, жена принесла скотч. В двенадцатом часу ночи я замотал его, и ещё около часа мы ждали полицию.
Животное оказалось диким и невменяемым — сидел на солях. Как его звали, не знаю. Знаю только, что он раскаивался в своих поступках. Не лежи он в тот момент в собственной моче, быть может, я бы даже его пожалел...