Щука, ревность и болгарский перец ч.

Щука, ревность и болгарский перец ч.2

— Макс, а я к вам, — затараторила она. — Лаврушки занять, пару листиков. До магазина бежать, а некогда.

— Потом, — Максим перехватил её у калитки. — Идите, теть Зин, потом зайдете.

— Так Алина же дома! — удивилась соседка. — И я хотела попросить тебя: свет в бане глянешь. Ты не думай, я заплачу.

— Идите, идите, — он прикрыл калитку перед её носом. — Не до вас.

Максим влетел в дом. Распахнул дверь, пустая кухня, зал, спальня — никого. И только когда выбежал во двор, вспомнил: она сказала по телефону, что на грядках. Он обогнул дом и рванул в огород.

Алина стояла, опершись на лопату, и оживленно разговаривала с молодой смуглой женщиной, показывая ей кусты болгарского перца. Рядом аккуратными кучками лежала вырванная трава. Максим узнал гостью — Светлану, жену Виталия. Пару раз она попадалась ему в магазине.

— О, Макс! — Алина обернулась с улыбкой. — А ты чего? Позвонил, я думала, может, не клюёт?

— Ага, — ответил он, чувствуя себя идиотом. — Не клюёт.

— Ну так поздоровайся, — напомнила жена.

Максим кивнул Светлане и выдавил что-то нечленораздельное.

— Вот, хочу Светлане рассады дать, — объявила Алина. — У нас много, а им нужно.

— А Виталий где? — спросил Максим, глядя на внедорожник. — Машина здесь, а самого нет.

Светлана вздохнула, смущенно улыбнулась:

— Сегодня я за него. Виталий ногу сломал. Ящики с яблоками носил, поскользнулся — и гипс. В магазине сказали, что у вас лучшие перцы в селе, вот я и приехала. Думала, куплю.

— Какое купить? — воскликнул Максим, чувствуя, как его отпускает. — Мы вам так дадим.

— Спасибо, — Светлана с благодарностью посмотрела на него. — Я фруктов привезла. И Виталий просил, — она запнулась, — он говорил, что вы в электрике разбираетесь. Хотели попросить проводку в магазине проверить. За деньги, посмотрите?

— Да какие деньги? — Максим даже рассмеялся. — Конечно, посмотрю.

Они попрощались. Когда внедорожник скрылся за поворотом, Алина уставилась на мужа:
— Так что случилось? Ты две недели на рыбалку собирался — и примчался через час. Заболел?

— Неа, — Максим устало сел на крыльцо. — Щуку поймал, в машине лежит. Подумал, чего там сидеть, лучше домой вернусь, тебе помогу.

Алина рассмеялась:
— Ну, смотри. Мужика на рыбалку отпустила, а он решил огородом заняться. Впервые такое.

Максим промолчал про мысли о Виталии. Даже под пыткой не признался бы.

В калитку снова застучала тетя Зина.
— Алина! Пусти! — голос обиженный. — Я же за лаврушкой.

Максим открыл калитку:
— Заходите, теть Зин.

Она вошла, оглядывая его с недоверием:
— А чего ты раньше не пустил?

— Алин, дай теть Зине лаврушки, — перевел тему Максим. — Я к вам завтра с утра зайду, свет в бане посмотрю.

— Ой, спасибо! — растерялась та. — А то я уж подумала...

— Кого ты не пустил? — насторожилась Алина.

— Да так, — отмахнулся Максим. — Разобрались уже. Давай рыбу жарь, а я пойду, траву твою уберу.

Он вышел в огород, взял грабли и, глядя на белесые облака, усмехнулся:
— Вот тебе и рыбалка.

Думал о том, как час назад его трясло от ревности. А теперь стоит с граблями, смотрит на небо и чувствует себя дураком. И при этом — дураком счастливым.

Максим зацепил граблями ворох выполотых сорняков, подгрёб к себе и, выпрямившись, вытер лоб. Всё встало на свои места. И Виталий тут ни при чём, и жена у него Светлана — добрая, приятная женщина. И Алинка — самая лучшая.

От автора: Мне всегда были интересны люди — их поступки, их сомнения, их маленькие победы. Поэтому я и пишу: о нас, о том, что происходит в обычной жизни, когда кажется, что ничего особенного не случается.

Если вам понравилось — поддержите канал лайком. Для меня это лучший знак, что истории находят отклик.