17.06.2026 20:23
Смертельный обмен на Сенном рынке.
Смертельный обмен на Сенном рынке. Как патруль раскрыл логово каннибалов в январе 1942
Рынок в блокадном городе — это особая вселенная. Среди мешков с мерзлой картошкой, драгоценных спичек и папирос здесь решались вопросы жизни и смерти. В январе 1942 года сюда пришел рабочий Дмитрий Дуров. У него была конкретная задача: обменять буханку черного хлеба на валенки для больной матери. Цена адекватная — хлеб в те дни стоил буквально веса золота.
Торговец, к которому подошел Дуров, валенки действительно имел. Но сразу отдавать товар не спешил. Сослался на то, что обмен нужно завершить дома — мол, вещи лежат в квартире на соседней улице. Дуров согласился. Они прошли через арку во двор-колодец, поднялись по черной лестнице на верхний этаж. Дверь открыли не сразу — внутри явно кого-то ждали.
То, что увидел Дуров за порогом, заставило его действовать мгновенно. В комнате находились явные следы преступлений. Двое мужчин, находившихся внутри, бросились на гостя, рассчитывая на легкую добычу. Но Дуров, в отличие от многих истощенных ленинградцев, сохранил достаточно сил. Он отбился, вырвался в коридор и вылетел на улицу с криком «Людоеды!».
Рядом дежурил красноармейский патруль. Солдаты среагировали моментально: ворвались в ту же квартиру, выбили дверь и задержали преступников на месте. Задержание переросло в самосуд — бойцам пришлось писать объяснительные, но в сложившихся обстоятельствах их действия сочли оправданными. Арестованных в любом случае ждала высшая мера — по законам военного времени подобное квалифицировалось как бандитизм.
ИСТОРИЯ | ФАКТЫ | СЕКРЕТНО
Рынок в блокадном городе — это особая вселенная. Среди мешков с мерзлой картошкой, драгоценных спичек и папирос здесь решались вопросы жизни и смерти. В январе 1942 года сюда пришел рабочий Дмитрий Дуров. У него была конкретная задача: обменять буханку черного хлеба на валенки для больной матери. Цена адекватная — хлеб в те дни стоил буквально веса золота.
Торговец, к которому подошел Дуров, валенки действительно имел. Но сразу отдавать товар не спешил. Сослался на то, что обмен нужно завершить дома — мол, вещи лежат в квартире на соседней улице. Дуров согласился. Они прошли через арку во двор-колодец, поднялись по черной лестнице на верхний этаж. Дверь открыли не сразу — внутри явно кого-то ждали.
То, что увидел Дуров за порогом, заставило его действовать мгновенно. В комнате находились явные следы преступлений. Двое мужчин, находившихся внутри, бросились на гостя, рассчитывая на легкую добычу. Но Дуров, в отличие от многих истощенных ленинградцев, сохранил достаточно сил. Он отбился, вырвался в коридор и вылетел на улицу с криком «Людоеды!».
Рядом дежурил красноармейский патруль. Солдаты среагировали моментально: ворвались в ту же квартиру, выбили дверь и задержали преступников на месте. Задержание переросло в самосуд — бойцам пришлось писать объяснительные, но в сложившихся обстоятельствах их действия сочли оправданными. Арестованных в любом случае ждала высшая мера — по законам военного времени подобное квалифицировалось как бандитизм.
ИСТОРИЯ | ФАКТЫ | СЕКРЕТНО