09.07.2026 07:46
«Понимала, что целью была ликвидация» Она сказала это на камеру. Спокойно, ровным голосом — будто пересказывает чужую б
«Понимала, что целью была ликвидация»
Она сказала это на камеру. Спокойно, ровным голосом — будто пересказывает чужую биографию.
«Понимала, что целью данной слежки являлась его ликвидация».
24-летняя девушка из станицы Камыш-Заринской Ростовской области. Сидит на допросе ФСБ и по пунктам рассказывает, как готовила убийство русского офицера в Москве.
Не «не знала». Не «думала, будет фотосъёмка». Не «использовали втёмную».
Понимала.
История начинается буднично. В 2020-м познакомилась с неким Ярославом Хмельницким. Через четыре года списалась снова — оказалось, живёт на Украине, «выполняет задания украинских спецслужб на территории России». Она ему в ответ: если что — обращайтесь.
Обратились. Написал в WhatsApp некий «Дмитрий». Расспросил биографию. Дал первое задание — собрать IP-адреса Wi-Fi в московских кафе в центре. Собрала. Похвалил.
Летом 2024-го она сама «изъявила желание уехать на Украину — помогать мирным жителям». Третий год войны. Ростовская область, куда прилёт может случиться в любую ночь. А она — помогать мирным жителям Украины.
«Дмитрий» сказал: сначала поработай здесь. И дал задание — три месяца вести слежку за какой-то машиной. Со слов куратора — «нехороший человек, отдаёт плохие приказы убивать мирных жителей». Русский офицер — «нехороший человек». СБУшник в мессенджере — «Дмитрий» - свой парень.
В марте 2026-го — новое задание. Сними квартиру в Москве, поставь камеры на подъезд и машину, переезжай. Сняла. Поставила. Переехала. Жила несколько месяцев в квартире, из окна которой чужой человек должен был поставить точку в чьей-то жизни. Сама она к тому моменту готовилась уходить транзитом через Турцию и Молдову — навстречу обещанному «продолжению отношений».
«За кем осуществляла слежку — не знаю. Но представляла, что это какое-то высокопоставленное лицо».
У этой девочки были отец, мать, подружки. Кто-то из них замечал, что она пропадает в телефоне. Кто-то слышал разговоры про «уехать помогать мирным жителям». Кто-то удивился, что живет в Москве не по средствам. И промолчал.
Теперь она не жертва развода (а с выездом на Украину ее бы однозначно кинули), а террорист. С поломанной в самом начале жизнью.
@kots
Она сказала это на камеру. Спокойно, ровным голосом — будто пересказывает чужую биографию.
«Понимала, что целью данной слежки являлась его ликвидация».
24-летняя девушка из станицы Камыш-Заринской Ростовской области. Сидит на допросе ФСБ и по пунктам рассказывает, как готовила убийство русского офицера в Москве.
Не «не знала». Не «думала, будет фотосъёмка». Не «использовали втёмную».
Понимала.
История начинается буднично. В 2020-м познакомилась с неким Ярославом Хмельницким. Через четыре года списалась снова — оказалось, живёт на Украине, «выполняет задания украинских спецслужб на территории России». Она ему в ответ: если что — обращайтесь.
Обратились. Написал в WhatsApp некий «Дмитрий». Расспросил биографию. Дал первое задание — собрать IP-адреса Wi-Fi в московских кафе в центре. Собрала. Похвалил.
Летом 2024-го она сама «изъявила желание уехать на Украину — помогать мирным жителям». Третий год войны. Ростовская область, куда прилёт может случиться в любую ночь. А она — помогать мирным жителям Украины.
«Дмитрий» сказал: сначала поработай здесь. И дал задание — три месяца вести слежку за какой-то машиной. Со слов куратора — «нехороший человек, отдаёт плохие приказы убивать мирных жителей». Русский офицер — «нехороший человек». СБУшник в мессенджере — «Дмитрий» - свой парень.
В марте 2026-го — новое задание. Сними квартиру в Москве, поставь камеры на подъезд и машину, переезжай. Сняла. Поставила. Переехала. Жила несколько месяцев в квартире, из окна которой чужой человек должен был поставить точку в чьей-то жизни. Сама она к тому моменту готовилась уходить транзитом через Турцию и Молдову — навстречу обещанному «продолжению отношений».
«За кем осуществляла слежку — не знаю. Но представляла, что это какое-то высокопоставленное лицо».
У этой девочки были отец, мать, подружки. Кто-то из них замечал, что она пропадает в телефоне. Кто-то слышал разговоры про «уехать помогать мирным жителям». Кто-то удивился, что живет в Москве не по средствам. И промолчал.
Теперь она не жертва развода (а с выездом на Украину ее бы однозначно кинули), а террорист. С поломанной в самом начале жизнью.
@kots