Две недели сын не отвечал на мои звонки, я решила поехать к нему домой.

Две недели сын не отвечал на мои звонки, я решила поехать к нему домой. Из под кровати внука я услышала странный звук. То, что я увидела, навсегда останется у меня в пямяти...

Уже две недели телефон хранил молчание. Елена Павловна свыклась с этим. Сын всегда находил время для звонка. Даже если короткого, чтобы узнать о её самочувствии, рассказать о работе или Матвее. Несмотря на занятость, он никогда не исчезал так внезапно, без предупреждения.

Сначала она пыталась убедить себя, что всё в порядке. Всякое бывает: загруженность на работе, внезапная командировка.

Но с каждым днём её беспокойство росло. Она звонила утром и вечером, отправляла сообщения, оставляла голосовые, но ответа не было. После двухнедельного молчания Елена Павловна решила, что больше ждать нельзя. Схватив сумку, она купила билет на первый автобус и отправилась в город, где Данил с внуком жили после развода. Дорога казалась бесконечной. Три часа за грязным стеклом, гул мотора и бешено колотящееся сердце. Она старалась не думать о плохом, но пальцы непроизвольно сжимали билет. К вечеру она добралась до знакомого района. Осенняя сырость пронизывала до костей. Подойдя к дому сына, она остановилась. Деревянная дверь, которую она так часто видела, выглядела обычно. Но тишина вокруг была слишком зловещей, словно скрывала что-то ужасное. "Данил, Матвей", - тихо позвала она и постучала. Сначала осторожно, затем настойчивее. Тишина. Она нажала на ручку, дверь открылась. Это был первый тревожный признак. Данил никогда не оставлял дверь незапертой. Он был очень осторожным, особенно когда дело касалось безопасности сына. У Елены Павловны похолодели руки. Внутри царил хаос.

Гостиная была словно после торнадо. Диван сдвинут, на полу осколки белой чашки и засохшее пятно от кофе. На кухне валялись пустые пластиковые бутылки без крышек, словно кто-то жадно пил и выбрасывал их. Перевёрнутый бутыль от кулера источал неприятный запах плесени. Она прошла дальше. Сердце колотилось всё сильнее. Спальня Данила была пуста, кровать аккуратно заправлена. В кабинете тоже не было признаков присутствия хозяина. Оставалась только комната Матвея. "Матвей, милый, это бабушка", - голос дрогнул. Комната выглядела так, будто мальчик только что играл здесь. На ковре недостроенная башня из LEGO. На полке плюшевый мишка, на столе разбросаны карандаши. И полная тишина.

Она вошла и услышала звук. Сначала тихий, едва различимый, будто что-то пластиковое перекатилось по полу. Елена Павловна замерла. Звук исходил из-под кровати. "Матвей?" - прошептала она, вцепившись в край стола. Ответа не последовало. Только лёгкий скрежет, будто пустая бутылка катается по дереву. Сердце билось так сильно, что она задыхалась. Ноги словно приросли к полу. Внутри неё боролись два чувства: желание броситься и заглянуть под кровать и панический страх перед тем, что она там увидит. В конце концов силы оставили её. Она выскочила из комнаты, дрожащими пальцами достала телефон и несколько раз пыталась набрать 112, промахиваясь: "Пожалуйста, приезжайте. Мой сын пропал. Я не видела его две недели. Внук где-то здесь. Из-под кровати странный звук", - сбивчиво говорила она в трубку. Минут через десять двор озарился синими и красными огнями. В дом вошли двое полицейских, молодые и сосредоточенные. Елена Павловна повела их в комнату внука, еле держась на ногах. "Здесь", - показала она на детскую и отступила. Офицер опустился на колени и твёрдым голосом сказал: "Эй, там кто-нибудь есть?". Наступила такая тишина, что было слышно, как капля дождя стекает по стеклу. Второй полицейский кивнул, и они вместе подняли кровать. То, что она увидела, врезалось Елене Павловне в память навсегда показать полностью