27.04.2026 14:55
Журналист Олег Кашин, внесенный в реестр иностранных агентов в России, размышляет о причинах забвения прошлого в стране
Журналист Олег Кашин, внесенный в реестр иностранных агентов в России, размышляет о причинах забвения прошлого в стране и одновременно о запоминании Жириновского:
Не в том дело, что кто-то умышленно замалчивает важные события и имена из нашей истории. Здесь действительно может быть так, что люди, общество, народ просто не желают вспоминать кого-то или что-то, что вызывает невыносимые чувства. Даже сейчас, когда власть с удивительной бесстыдностью приступила к пересмотру памяти о жертвах советского террора, нельзя сказать, что общество (за исключением узкого круга энтузиастов, часть из которых теперь объявлена экстремистами или еще хуже) искренне ценит эту память, которая сегодня уничтожается. По разным причинам и власть, и люди, в целом, единодушны в своем стремлении забыть, и кажется очевидным, что и наше время скоро будет забыто — одни не захотят вспоминать, как воевали или поддерживали войну, другие — как теряли себя, осуждая ее. Национальная идея - забвение, почему бы и нет.
И вот посреди этой пустоты возвышается огромный памятник, фигура, уходящая ввысь, к небесам. Это впечатляет. Владимир Жириновский нарушает гармонию общего забвения. Если бы никого не помнили, или, наоборот, помнили бы многих, это было бы более естественно, а здесь — как будто что-то не в порядке. Ельцин забыт, Гайдар забыт, Навальный забыт, а память о Жириновском жива, и это, сколько бы ты ни пытался понять, странно, непонятно.
Не в том дело, что кто-то умышленно замалчивает важные события и имена из нашей истории. Здесь действительно может быть так, что люди, общество, народ просто не желают вспоминать кого-то или что-то, что вызывает невыносимые чувства. Даже сейчас, когда власть с удивительной бесстыдностью приступила к пересмотру памяти о жертвах советского террора, нельзя сказать, что общество (за исключением узкого круга энтузиастов, часть из которых теперь объявлена экстремистами или еще хуже) искренне ценит эту память, которая сегодня уничтожается. По разным причинам и власть, и люди, в целом, единодушны в своем стремлении забыть, и кажется очевидным, что и наше время скоро будет забыто — одни не захотят вспоминать, как воевали или поддерживали войну, другие — как теряли себя, осуждая ее. Национальная идея - забвение, почему бы и нет.
И вот посреди этой пустоты возвышается огромный памятник, фигура, уходящая ввысь, к небесам. Это впечатляет. Владимир Жириновский нарушает гармонию общего забвения. Если бы никого не помнили, или, наоборот, помнили бы многих, это было бы более естественно, а здесь — как будто что-то не в порядке. Ельцин забыт, Гайдар забыт, Навальный забыт, а память о Жириновском жива, и это, сколько бы ты ни пытался понять, странно, непонятно.