27.04.2026 15:52
Политолог Илья Гращенков рассказывает о передаче ответственности за ограничения перед выборами: Колебания запретов. Пере
Политолог Илья Гращенков рассказывает о передаче ответственности за ограничения перед выборами:
Колебания запретов. Перед выборами в Государственную Думу власть сталкивается с проблемой: население все хуже воспринимает запреты, ограничения и наказания. Это касается не только протестующих, но и обычных людей, которые устали от запретов в повседневной жизни: в интернете, мессенджерах, рекламе, услугах, поездках, платежах, бизнесе, бытовых привычках.
Поэтому заявления Владимира Путина о том, что законодателям необходимо не только запрещать и наказывать, выглядят как важный политический сигнал. Президент указывает, что излишние барьеры мешают развитию, и бесконечное ужесточение уже не решает все проблемы.
Возникает интересная ситуация. Раньше ограничения, включая запреты на Telegram и цифровое пространство, считались правильными и необходимыми из соображений безопасности. Но сейчас общественное недовольство перенаправляется на исполнителей, регуляторов, ведомства, региональные власти, силовые и административные органы. То есть тех, кто применял запреты слишком строго или создавал излишние преграды.
Это типичный механизм перераспределения политической ответственности. Стратегические решения принимаются на уровне государственных интересов, а недовольство граждан переносится на бюрократический уровень. Проблема не в самом запрете, а в его грубой реализации. Не в логике ограничений, а в излишествах на местах. Не в политическом курсе, а в административных ошибках.
Перед выборами такая схема становится ключевой. Кампания 2026 года будет проходить в условиях общего недовольства - экономического, социального, цифрового. Если запреты продолжат расширяться, они начнут работать против не только конкретных ведомств, но и всего парламентского большинства, поддерживавшего, формировавшего и голосовавшего за эти нормы. И исполнительная власть может быть назначена ответственной.
Поэтому власть переходит от языка наказания к языку развития, от запретов к гибкости, от идеи "надо ограничить" к "нельзя тормозить будущее". Это не означает полной либерализации. Скорее, это корректировка подхода. Запреты останутся, но их попробуют сделать менее политически токсичными. Часть ответственности за них перейдет на другие уровни власти.
Это тревожный сигнал для
Колебания запретов. Перед выборами в Государственную Думу власть сталкивается с проблемой: население все хуже воспринимает запреты, ограничения и наказания. Это касается не только протестующих, но и обычных людей, которые устали от запретов в повседневной жизни: в интернете, мессенджерах, рекламе, услугах, поездках, платежах, бизнесе, бытовых привычках.
Поэтому заявления Владимира Путина о том, что законодателям необходимо не только запрещать и наказывать, выглядят как важный политический сигнал. Президент указывает, что излишние барьеры мешают развитию, и бесконечное ужесточение уже не решает все проблемы.
Возникает интересная ситуация. Раньше ограничения, включая запреты на Telegram и цифровое пространство, считались правильными и необходимыми из соображений безопасности. Но сейчас общественное недовольство перенаправляется на исполнителей, регуляторов, ведомства, региональные власти, силовые и административные органы. То есть тех, кто применял запреты слишком строго или создавал излишние преграды.
Это типичный механизм перераспределения политической ответственности. Стратегические решения принимаются на уровне государственных интересов, а недовольство граждан переносится на бюрократический уровень. Проблема не в самом запрете, а в его грубой реализации. Не в логике ограничений, а в излишествах на местах. Не в политическом курсе, а в административных ошибках.
Перед выборами такая схема становится ключевой. Кампания 2026 года будет проходить в условиях общего недовольства - экономического, социального, цифрового. Если запреты продолжат расширяться, они начнут работать против не только конкретных ведомств, но и всего парламентского большинства, поддерживавшего, формировавшего и голосовавшего за эти нормы. И исполнительная власть может быть назначена ответственной.
Поэтому власть переходит от языка наказания к языку развития, от запретов к гибкости, от идеи "надо ограничить" к "нельзя тормозить будущее". Это не означает полной либерализации. Скорее, это корректировка подхода. Запреты останутся, но их попробуют сделать менее политически токсичными. Часть ответственности за них перейдет на другие уровни власти.
Это тревожный сигнал для