22.05.2026 17:09
Канал в Telegram "" поднимает вопрос о возможной эскалации конфликта и новых целях войны для России: На данный момент Ро
Канал в Telegram "" поднимает вопрос о возможной эскалации конфликта и новых целях войны для России:
На данный момент Россия стоит перед выбором: либо сохранять прежние цели при ограниченных ресурсах, либо переходить к новым целям, привлекая новые ресурсы.
Однако в любой войне появление новых ресурсов всегда подразумевает появление новых целей. Направлять дополнительные силы на решение старых задач означает признание неудачи предыдущего этапа.
Это стало очевидным осенью 2022 года, когда после сложной ситуации на фронте Россия объявила о целях присоединения Херсонской и Запорожской областей. Это новая политическая задача, требующая мобилизации 300 тысяч человек. С тех пор цели войны оставались прежними, а достижение их осуществлялось с ограниченными ресурсами, в основном через контрактников.
Сейчас вероятно, что Москва рассматривает возможность новой эскалации. Это может быть глобальный удар с севера через Беларусь или применение тактического ядерного оружия для завершения военного процесса.
Также возможно обсуждение новой мобилизации или привлечение внешних ресурсов, например, из Северной Кореи. Учитывая опыт, Владимир Путин может адаптировать локальную эскалацию к важным мировым событиям, таким как Чемпионат мира по футболу.
Однако такой сценарий не устраивает ни Трампа, ни Китай. Поэтому целью Вашингтона и Пекина, вероятно, является удержание России в рамках "старые цели — ограниченные ресурсы", а не прекращение войны.
Это может быть объяснением активности Уиткоффа и Кушнера. Важные заявления Лаврова о духе Анкориджа также могут быть связаны с этим. В то же время сама Москва, вероятно, рассматривает противоположную стратегию.
Если будут задействованы новые ресурсы, им потребуется новая политическая концепция войны, что может привести к новым территориальным претензиям. В этом контексте возможно появление не только текущих целей, но и претензий на Николаев, Одессу, Харьков, Сумы и другие регионы.
Вопрос о готовности России к такому сценарию, возможно, найдет ответ в июне-июле.
На данный момент Россия стоит перед выбором: либо сохранять прежние цели при ограниченных ресурсах, либо переходить к новым целям, привлекая новые ресурсы.
Однако в любой войне появление новых ресурсов всегда подразумевает появление новых целей. Направлять дополнительные силы на решение старых задач означает признание неудачи предыдущего этапа.
Это стало очевидным осенью 2022 года, когда после сложной ситуации на фронте Россия объявила о целях присоединения Херсонской и Запорожской областей. Это новая политическая задача, требующая мобилизации 300 тысяч человек. С тех пор цели войны оставались прежними, а достижение их осуществлялось с ограниченными ресурсами, в основном через контрактников.
Сейчас вероятно, что Москва рассматривает возможность новой эскалации. Это может быть глобальный удар с севера через Беларусь или применение тактического ядерного оружия для завершения военного процесса.
Также возможно обсуждение новой мобилизации или привлечение внешних ресурсов, например, из Северной Кореи. Учитывая опыт, Владимир Путин может адаптировать локальную эскалацию к важным мировым событиям, таким как Чемпионат мира по футболу.
Однако такой сценарий не устраивает ни Трампа, ни Китай. Поэтому целью Вашингтона и Пекина, вероятно, является удержание России в рамках "старые цели — ограниченные ресурсы", а не прекращение войны.
Это может быть объяснением активности Уиткоффа и Кушнера. Важные заявления Лаврова о духе Анкориджа также могут быть связаны с этим. В то же время сама Москва, вероятно, рассматривает противоположную стратегию.
Если будут задействованы новые ресурсы, им потребуется новая политическая концепция войны, что может привести к новым территориальным претензиям. В этом контексте возможно появление не только текущих целей, но и претензий на Николаев, Одессу, Харьков, Сумы и другие регионы.
Вопрос о готовности России к такому сценарию, возможно, найдет ответ в июне-июле.