19.06.2026 08:42
Журналист Сергей Ерженков говорит о том, что удары приходят на окраины Москвы, касаясь бедняков и трудящихся, у которых
Журналист Сергей Ерженков говорит о том, что удары приходят на окраины Москвы, касаясь бедняков и трудящихся, у которых нет возможности как элите убежать в центр или за границу:
Факт, что удары в первую очередь приходятся на окраины, а не на центр Москвы, где расположены точки принятия решений, — это не просто особенность военной географии. Это точное отражение социальной географии. Война не изменила устоявшийся порядок вещей. Она лишь выделила его выразительным мазком: те, кто даже в мирное время не имел доступа к центру и смирился с углом в адском филиале, теперь лишены права на безопасность.
Веселые шутки о сорвавшейся крышке цистерны публикуют те, кто имел привилегию продать дорогую недвижимость в центре Москвы и перебраться в безопасную Европу. А те, кого эта крышка могла поглотить живыми, остаются здесь. Возможно, среди них есть такой же студент-пробоотборщик, каким когда-то был я. Парень в неопрятном пальто, которое не по размеру, карабкающийся по металлической лестнице на эстакаду не из-за мечты, а из-за необходимости заработать на жизнь, на обучение, на будущее. А также водители, лаборанты, слесари — люди, которых никогда не просят дать комментарий по истории, хотя именно они чаще всего оказываются в ее вихре.
Они не могли уехать. У них нет запасного города, нет возможности выбирать между различными вариантами безопасности. У многих из них вообще нет ничего, кроме этого района, этого завода и этого пейзажа с дымящимися трубами и огненным факелом над горизонтом.
Факт, что удары в первую очередь приходятся на окраины, а не на центр Москвы, где расположены точки принятия решений, — это не просто особенность военной географии. Это точное отражение социальной географии. Война не изменила устоявшийся порядок вещей. Она лишь выделила его выразительным мазком: те, кто даже в мирное время не имел доступа к центру и смирился с углом в адском филиале, теперь лишены права на безопасность.
Веселые шутки о сорвавшейся крышке цистерны публикуют те, кто имел привилегию продать дорогую недвижимость в центре Москвы и перебраться в безопасную Европу. А те, кого эта крышка могла поглотить живыми, остаются здесь. Возможно, среди них есть такой же студент-пробоотборщик, каким когда-то был я. Парень в неопрятном пальто, которое не по размеру, карабкающийся по металлической лестнице на эстакаду не из-за мечты, а из-за необходимости заработать на жизнь, на обучение, на будущее. А также водители, лаборанты, слесари — люди, которых никогда не просят дать комментарий по истории, хотя именно они чаще всего оказываются в ее вихре.
Они не могли уехать. У них нет запасного города, нет возможности выбирать между различными вариантами безопасности. У многих из них вообще нет ничего, кроме этого района, этого завода и этого пейзажа с дымящимися трубами и огненным факелом над горизонтом.