01.10.2026 16:28
Президент России Владимир Путин выступает на пленарной сессии XXII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Президент России Владимир Путин выступает на пленарной сессии XXII Ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Часть двадцать вторая.
Ведущий: Владимир Владимирович, большое спасибо за такой всеобъемлющий обзор всех проблем — и конкретных, и обобщающих. Вы процитировали Эгона Бара. Эгон Бар прожил очень долгую жизнь, и его не стало в 2015 году. То есть он увидел начало сползания Европы к настоящему военно-политическому кризису.
Мы знаем, что он был крайне огорчён происходившим в Европе в последние годы его жизни. Вот Вы, как когда-то наблюдатель, а потом и участник европейских процессов, можете обозначить, может быть, определить какую-то точку, когда те идеалы, возможности, о которых говорил тогда Бар, оказались утрачены?
Владимир Путин: Он не писал. Говорил. Это, вы знаете что? Я вот хочу ещё раз подчеркнуть: то, что я сейчас воспроизвёл, — это из архива его дискуссий с представителями руководства Советского Союза в Бонне и в Москве.
Ведущий: Ну вот это видение, которое он тогда излагал и с которым, вероятно, соглашалось советское руководство. В какой момент оно стало невозможным?
Владимир Путин: В том-то весь и фокус, что оно не то чтобы соглашалось, оно слушало, слушало, ничего не делало. Что, знаете, побудило Бара сказать фразу, которая меня потрясла.
Он говорит: «Не думал, что я в свои годы вынужден буду в Москве излагать такую точку зрения. И если советское руководство ничего не будет делать, а просто безвольно смотреть, ну, примерно так, цитата, на происходящее, я в Москву больше и не приеду. Вы меня здесь не увидите».
Понимаете?
Подписаться на канал · Поддержать канал
Часть двадцать вторая.
Ведущий: Владимир Владимирович, большое спасибо за такой всеобъемлющий обзор всех проблем — и конкретных, и обобщающих. Вы процитировали Эгона Бара. Эгон Бар прожил очень долгую жизнь, и его не стало в 2015 году. То есть он увидел начало сползания Европы к настоящему военно-политическому кризису.
Мы знаем, что он был крайне огорчён происходившим в Европе в последние годы его жизни. Вот Вы, как когда-то наблюдатель, а потом и участник европейских процессов, можете обозначить, может быть, определить какую-то точку, когда те идеалы, возможности, о которых говорил тогда Бар, оказались утрачены?
Владимир Путин: Он не писал. Говорил. Это, вы знаете что? Я вот хочу ещё раз подчеркнуть: то, что я сейчас воспроизвёл, — это из архива его дискуссий с представителями руководства Советского Союза в Бонне и в Москве.
Ведущий: Ну вот это видение, которое он тогда излагал и с которым, вероятно, соглашалось советское руководство. В какой момент оно стало невозможным?
Владимир Путин: В том-то весь и фокус, что оно не то чтобы соглашалось, оно слушало, слушало, ничего не делало. Что, знаете, побудило Бара сказать фразу, которая меня потрясла.
Он говорит: «Не думал, что я в свои годы вынужден буду в Москве излагать такую точку зрения. И если советское руководство ничего не будет делать, а просто безвольно смотреть, ну, примерно так, цитата, на происходящее, я в Москву больше и не приеду. Вы меня здесь не увидите».
Понимаете?
Подписаться на канал · Поддержать канал