08.06.2026 07:48
🧢 Ельцин на рынке.
🧢 Ельцин на рынке. Васильевский, 1992 год.
Начало 90‑х, сыро и холодно, а среди прилавков Василеостровского рынка внезапно возникает фигура в каракулевой шапке — президент России приезжает «на цены посмотреть». Вокруг его кортежа — тесное кольцо из продавщиц в пуховиках, пенсионеров в вязаных шапках, охраны и телекамер, ловящих каждое слово. Кто‑то тянет к нему руку с жалобой, кто‑то просто разглядывает, пытаясь совместить телевизионный образ с живым человеком между ящиками капусты и мешками картошки.
На первых порах рыночная стихия и высокая политика ещё вынуждены мирно терпеть друг друга: над головами — микрофон на штанге, у лица — диктофон, а за спиной — обычный товарный ряд, где сегодня торгуют по кооперативным ценам. Для одних этот визит — шанс задать вопрос или высказать всё за талоны и пустые полки, для других — редкое зрелище, которое потом ещё долго будут пересказывать соседям по коммуналке. Снимок 1992 года фиксирует неловкий, но важный момент: власть впервые за долгие годы оказывается не на трибуне, а прямо посреди промозглого питерского рынка, лицом к лицу с тем, как на самом деле живёт город.
Ленинград Архив
Начало 90‑х, сыро и холодно, а среди прилавков Василеостровского рынка внезапно возникает фигура в каракулевой шапке — президент России приезжает «на цены посмотреть». Вокруг его кортежа — тесное кольцо из продавщиц в пуховиках, пенсионеров в вязаных шапках, охраны и телекамер, ловящих каждое слово. Кто‑то тянет к нему руку с жалобой, кто‑то просто разглядывает, пытаясь совместить телевизионный образ с живым человеком между ящиками капусты и мешками картошки.
На первых порах рыночная стихия и высокая политика ещё вынуждены мирно терпеть друг друга: над головами — микрофон на штанге, у лица — диктофон, а за спиной — обычный товарный ряд, где сегодня торгуют по кооперативным ценам. Для одних этот визит — шанс задать вопрос или высказать всё за талоны и пустые полки, для других — редкое зрелище, которое потом ещё долго будут пересказывать соседям по коммуналке. Снимок 1992 года фиксирует неловкий, но важный момент: власть впервые за долгие годы оказывается не на трибуне, а прямо посреди промозглого питерского рынка, лицом к лицу с тем, как на самом деле живёт город.
Ленинград Архив