30.06.2026 20:15
Интеграция «вольных» формирований: уроки сербского опыта
В ходе СВО часто в профильных ТГ поднималась тема взаимоотношений "вольных" формирований и остальной армии. А также интеграции их кадров и опыта в единую систему.
И тема это всегда вызывала много споров, ругани и взаимных обвинений. Но СВО не первый подобный случай в новейшей военной истории. Сербам в Боснии пришлось решать в чем-то похожие проблемы...
"Слишком часто пытались в военной организации насильно вводить то, что было популярно наверху и что тяжелее всего меняется, ибо усвоение боевого опыта происходит снизу вверх, а вовсе не наоборот. Сербские же силы в своих нижних звеньях накопили, несмотря на все свои недостатки и ошибки, достаточно боевого опыта, по крайней мере для собственной реорганизации. Постоянно осуждаемое «гайдучество» во всех его проявлениях, даже в политически, нейтральных примерах, на самом деле было по сути нормальной фронтовой практикой всех воюющих армий, а было это естественно и для сербской психологии.
Ломать же это было не только не нужно, но и вредно. Куда разумнее было умело оформить естественные фронтовые процессы их научной организацией. В конце концов, фронтовые командиры лучше знали что требуется их бойцам, а вместе с тем чем лучше были бойцы, тем выше были требования к командиру, и вряд ли бы они сознательно вел их в поражения или бы позорил перед их же соседями, друзьями и родными в тылу или в соседних подразделениях.
Само предательство или беспринципность командира здесь не исключены, но они не исключены нигде. Мне не хотелось бы вычислять проценты этого в среде профессиональных офицеров и подобных гайдуков. Уже то, что всю войну те, кто хотел воевать, в основном предпочитал идти к «гайдучьим» командирам, говорит само за себя. Конечно, тут играло роль и то, что любой человек охотнее идет в подчинение тому, кого лучше знает и в ту среду, где больше люде ему близких, но ведь пополнение по земляческому или родственному принципу столетиями господствовало в войсках всего мира.
В югославской войне принципы подтвердились и более того даже в отношении вооружения тех же ударных отрядов лучше себя показала самостоятельность командиров, изначально стремившихся иметь то, что подходило к их местным условиям, да и от помощи специалистов они, как правило, не отказывались. Здесь было всякое, даже не очень здоровое соперничество, но ведь тут и должна была сыграть свою роль военная организация с ее институтами, покрывающими все области военного дела, в том числе безопасность и подготовку.
На практике же весь практический боевой опыт заменялся рецептами пятидесятилетней давности, уже показавший многие свои недостатки на примере ЮНА в Хорватии 1991–92 годов, но, том не менее, упрямо задерживаемый «авторитетом» военной школы, весьма односторонней."
Валецкий Олег, участник боевых действий в бывшей Югославии в 1990-е гг., 2003 г.
Из Валецкий О. Югославская война 1991-1995 гг.
#листаястарыекниги
#ИсторииОчевидцев
Военный Осведомитель
И тема это всегда вызывала много споров, ругани и взаимных обвинений. Но СВО не первый подобный случай в новейшей военной истории. Сербам в Боснии пришлось решать в чем-то похожие проблемы...
"Слишком часто пытались в военной организации насильно вводить то, что было популярно наверху и что тяжелее всего меняется, ибо усвоение боевого опыта происходит снизу вверх, а вовсе не наоборот. Сербские же силы в своих нижних звеньях накопили, несмотря на все свои недостатки и ошибки, достаточно боевого опыта, по крайней мере для собственной реорганизации. Постоянно осуждаемое «гайдучество» во всех его проявлениях, даже в политически, нейтральных примерах, на самом деле было по сути нормальной фронтовой практикой всех воюющих армий, а было это естественно и для сербской психологии.
Ломать же это было не только не нужно, но и вредно. Куда разумнее было умело оформить естественные фронтовые процессы их научной организацией. В конце концов, фронтовые командиры лучше знали что требуется их бойцам, а вместе с тем чем лучше были бойцы, тем выше были требования к командиру, и вряд ли бы они сознательно вел их в поражения или бы позорил перед их же соседями, друзьями и родными в тылу или в соседних подразделениях.
Само предательство или беспринципность командира здесь не исключены, но они не исключены нигде. Мне не хотелось бы вычислять проценты этого в среде профессиональных офицеров и подобных гайдуков. Уже то, что всю войну те, кто хотел воевать, в основном предпочитал идти к «гайдучьим» командирам, говорит само за себя. Конечно, тут играло роль и то, что любой человек охотнее идет в подчинение тому, кого лучше знает и в ту среду, где больше люде ему близких, но ведь пополнение по земляческому или родственному принципу столетиями господствовало в войсках всего мира.
В югославской войне принципы подтвердились и более того даже в отношении вооружения тех же ударных отрядов лучше себя показала самостоятельность командиров, изначально стремившихся иметь то, что подходило к их местным условиям, да и от помощи специалистов они, как правило, не отказывались. Здесь было всякое, даже не очень здоровое соперничество, но ведь тут и должна была сыграть свою роль военная организация с ее институтами, покрывающими все области военного дела, в том числе безопасность и подготовку.
На практике же весь практический боевой опыт заменялся рецептами пятидесятилетней давности, уже показавший многие свои недостатки на примере ЮНА в Хорватии 1991–92 годов, но, том не менее, упрямо задерживаемый «авторитетом» военной школы, весьма односторонней."
Валецкий Олег, участник боевых действий в бывшей Югославии в 1990-е гг., 2003 г.
Из Валецкий О. Югославская война 1991-1995 гг.
#листаястарыекниги
#ИсторииОчевидцев
Военный Осведомитель