Смотреть в лицо атомному пламени: Валерий Сарин   Среди тех, кто принял на себя удар Чернобыльской катастрофы, был Валер

Смотреть в лицо атомному пламени: Валерий Сарин
 
Среди тех, кто принял на себя удар Чернобыльской катастрофы, был Валерий Алексеевич Сарин – человек, чья жизнь стала живым свидетельством эпохи и примером беззаветного служения. Он родился 1 сентября 1953 года в Кемеровской области. После школы поступил в Иркутское высшее военное авиационное училище, закончил его и остался в Иркутске служить преподавателем по летательным аппаратам.
 
В 1981 году началась его служба в боевых полках: станция Заречная, станция Степь, город Борзя. Валерий Алексеевич служил старшим авиационным техником. Перегонял из Монголии на консервацию советские истребители МиГ-21. В 1982 году была командировка в Афганистан, боевые вылеты. В 1985 году переехал с семьей в город Овруч в 75 километрах от Чернобыльской АЭС. Был назначен начальником парашютно-десантной службы полка.
 
- Я в январе 1985-го приехал с семьей, и через год и три месяца бабахнуло, — вспоминает он. - Мы ничего не знали. Готовились к параду, и вдруг — тревога. Парадную форму — долой, и на аэродром, в полной боевой готовности.
 
Истинный масштаб бедствия открылся лишь 2 мая, когда автобусы из Киева эвакуировали и расселяли людей. Люди уезжали, бросая дома, а военные оставались лицом к лицу с невидимой смертью. На базе истребительного полка 124 стояли вертолетчики, и Валерий Алексеевич, как начальник парашютно-десантной службы полка, был прикомандирован к ним.
 
 Прошло полтора месяца, прежде чем началась главная работа — воздушная операция над жерлом реактора. Тушить его было нельзя. Под развалинами полыхало «синее пламя» — температура достигала полутора тысяч градусов. Задача была другой: захлестнуть это пламя, задушить его. Первыми туда отправились пожарные — те самые 28 героев, чьи имена высечены на московской Аллее Памяти.
 
- Они сгорели сразу, — тихо говорит Валерий Алексеевич. — В то время еще не знали, как надо. Ни костюмов, ничего не было, это позже уже со всего Союза начали подвозить технику. Мы поднимались на вертолете, ниже ста метров опускаться нельзя, три секунды ада - время, за которое мы вчетвером должны были вытолкнуть мешки с песком, свинцом, цементом, подвязанные к парашютам. Парашют раскрывался, и груз уходил в жерло реактора. Свинец нужен был, чтобы поглощать тяжелые радионуклиды, не давать им вырваться наружу.
 
Так, мешок за мешком, день за днем, они «запечатывали» дышащий смертью реактор. За все время работы Валерий Алексеевич набрал 25,7 рентгена. Радионуклиды, попавшие внутрь, не выводятся. В день разрешалось не более 5–6 вылетов. После каждого вылета мылись, а всю одежду сжигали. День отдых, а на следующий снова в небо. Потом были госпиталя, бесконечные проверки, переливания крови, лекарства. Организм боролся с тем, что победить невозможно. В декабре 1993-го уволился в запас, но чернобыльский след остался с ним навсегда.
 
Валерий Алексеевич Сарин удостоен многих наград, среди них: орден «За заслуги перед Отечеством» II степени; медали участнику ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС, медаль «За службу в Афганистане», «За выслугу лет», «За службу Родине», и другие.
 
В Нижнеудинск он приехал с семьей в 1995 году. Преподавал в школе ОБЖ и физкультуру, вел тренировки по баскетболу, волейболу. А с 2017 года он начальник штаба «Юнармии» в Нижнеудинском районе. Девять отрядов, почти триста ребят. Для них он не просто учитель, а живая легенда. Говорит, С молодежью работаешь — вроде и сам молодеешь он.
 
Дома его ждет и поддерживает супруга — верная спутница, прошедшая с ним через все испытания.  А двое детей и четверо внуков — его бесконечная гордость и самая большая радость.
 
- Вот и вся биография, — скромно говорит Валерий Алексеевич, завершая рассказ о своей жизни — жизни человека, который смотрел в лицо атомному пламени и вышел из этого испытания не сломленным, а еще более сильным — сильным духом, волей и верой в жизнь, в будущее, в новое поколение, которое он теперь воспитывает.