21.06.2026 09:00
Во времена моей юности, хотя какой юности, я еще ого-го как молода!
Во времена моей юности, хотя какой юности, я еще ого-го как молода! …Во времена моего детства у нас с сестрой была двухэтажная кровать. Я спала “под потолком” на втором этаже, а сестра на первом. Очень было весело скакать попой на кровати, когда мы с сестрой ругались, и она еще больше злилась.
Не помню, какой точно это был год, могу сказать только одно, что было лето, и я с мамой и папой уехала на дачу, а сестра осталась в квартире одна – готовилась к экзаменам в институт. Она вообще любила оставаться дома одна, может, и вечеринки какие-нибудь устраивала – мы, во всяком случае, об этом не знали. Не особо она любила в этом возрасте на даче появляться.
Но тут, неожиданно, она прилетела на следующий день на дачу с глазами-иллюминаторами и домой без нас больше не поехала. На наши расспросы о том, что случилось, она долго не отвечала, но под воздействием летнего свежего воздуха расслабилась и рассказала вот что…
Она легла спать на мою кровать (то есть на второй этаж). Уже дочитала книгу и выключила свет. И тут из-под кровати (то есть с первого яруса) слышит сопение, которое с каждой секундой становится все громче. Она дрожащим голосом спросила “Кто там?”, на что снизу ответили: “Я! И страшно тебе?”. Голос, как она говорит, был мужской бас, и он это спросил с какой-то издевкой. Она сразу молитву вспоминать, и всю ночь до утра пролежала под одеялом. Вниз так и не заглянула, а когда рассвело, сразу выехала на дачу.
Не помню, какой точно это был год, могу сказать только одно, что было лето, и я с мамой и папой уехала на дачу, а сестра осталась в квартире одна – готовилась к экзаменам в институт. Она вообще любила оставаться дома одна, может, и вечеринки какие-нибудь устраивала – мы, во всяком случае, об этом не знали. Не особо она любила в этом возрасте на даче появляться.
Но тут, неожиданно, она прилетела на следующий день на дачу с глазами-иллюминаторами и домой без нас больше не поехала. На наши расспросы о том, что случилось, она долго не отвечала, но под воздействием летнего свежего воздуха расслабилась и рассказала вот что…
Она легла спать на мою кровать (то есть на второй этаж). Уже дочитала книгу и выключила свет. И тут из-под кровати (то есть с первого яруса) слышит сопение, которое с каждой секундой становится все громче. Она дрожащим голосом спросила “Кто там?”, на что снизу ответили: “Я! И страшно тебе?”. Голос, как она говорит, был мужской бас, и он это спросил с какой-то издевкой. Она сразу молитву вспоминать, и всю ночь до утра пролежала под одеялом. Вниз так и не заглянула, а когда рассвело, сразу выехала на дачу.