09.06.2026 11:52
Парфюмеры десятилетиями играют с запретными темами, провокациями и двусмысленными намёками.
Парфюмеры десятилетиями играют с запретными темами, провокациями и двусмысленными намёками. Запрещенные вещества, секс, табуированные желания, роскошь на грани приличий — всё это регулярно становится источником вдохновения для названий духов. Но самое любопытное, что за скандальной вывеской чаще всего скрывается совсем другая история.
В 1977 году Yves Saint Laurent выпускает Opium. Название вызывает бурю возмущения ещё до того, как люди успевают познакомиться с самим ароматом. Его обвиняют в романтизации веществ, требуют запретить рекламу, критикуют маркетинговую кампанию. Но парадокс в том, что сам аромат оказался вовсе не провокацией, а роскошным восточным парфюмом, который спустя почти полвека остаётся одним из самых узнаваемых в истории.
Интересная судьба сложилась и у парфюма Tabu от Dana. В 1930-х годах аромат называли слишком чувственным для своего времени. Легенда гласит, что заказчик просил создать «духи для женщины, которая не боится нарушать правила», более простым языком «настоящий запах для путаны». Название отсылало к идеям запрета и соблазна, а реклама лишь подогревала интерес. Сегодня композиция кажется классической, но для своего поколения она действительно ломала представления о том, как должна пахнуть «приличная женщина».
Ещё дальше пошёл нишевый бренд Etat Libre d'Orange. Один только Putain des Palaces можно назвать примером того, как название создаёт вокруг аромата целый сюжет ещё до того, как ты его попробуешь. Кажется, что внутри флакона скрывается что-то вызывающее и дерзкое. Но на практике многие слышат в нём винтажную пудру, помаду, розы и театральную атмосферу старого будуара.
Получается интересная закономерность: самые громкие названия редко рассказывают о самом запахе. Их задача — вызвать эмоцию, зацепить воображение и заставить нас придумать собственную историю ещё до знакомства с ароматом.
Подробнее о провокационных ароматах мы говорим в нашем выпуске с Мишей Барышниковым и Настей Сивец! А о госте этой недели мы расскажем завтра✨
В 1977 году Yves Saint Laurent выпускает Opium. Название вызывает бурю возмущения ещё до того, как люди успевают познакомиться с самим ароматом. Его обвиняют в романтизации веществ, требуют запретить рекламу, критикуют маркетинговую кампанию. Но парадокс в том, что сам аромат оказался вовсе не провокацией, а роскошным восточным парфюмом, который спустя почти полвека остаётся одним из самых узнаваемых в истории.
Интересная судьба сложилась и у парфюма Tabu от Dana. В 1930-х годах аромат называли слишком чувственным для своего времени. Легенда гласит, что заказчик просил создать «духи для женщины, которая не боится нарушать правила», более простым языком «настоящий запах для путаны». Название отсылало к идеям запрета и соблазна, а реклама лишь подогревала интерес. Сегодня композиция кажется классической, но для своего поколения она действительно ломала представления о том, как должна пахнуть «приличная женщина».
Ещё дальше пошёл нишевый бренд Etat Libre d'Orange. Один только Putain des Palaces можно назвать примером того, как название создаёт вокруг аромата целый сюжет ещё до того, как ты его попробуешь. Кажется, что внутри флакона скрывается что-то вызывающее и дерзкое. Но на практике многие слышат в нём винтажную пудру, помаду, розы и театральную атмосферу старого будуара.
Получается интересная закономерность: самые громкие названия редко рассказывают о самом запахе. Их задача — вызвать эмоцию, зацепить воображение и заставить нас придумать собственную историю ещё до знакомства с ароматом.
Подробнее о провокационных ароматах мы говорим в нашем выпуске с Мишей Барышниковым и Настей Сивец! А о госте этой недели мы расскажем завтра✨