23.05.2026 01:15
Корсаков и III отделение: история конфликта из-за политических ссыльных
Бакунинская история, а также общее мнение о попустительстве Корсакова политическим ссыльным, делали неизбежным неприязнь к нему со стороны III отделения. И расположенный к Корсакову Бутков в частной беседе с Н.В. Буссе выразил сожаление, что Корсаков продолжает "выказывать снисходительность политическим преступникам", и заметил, что после бакунинской истории следовало «круто приняться за сосланных... тогда бы не было новой истории с Михайловым». И действительно, в секретном архиве III отделения отложились материалы перлюстрации (тайному вскрытию и рассмотрению) писем к Корсакову, в частности, весьма радикальных и антиправительственных писем Е.И. Рагозина.
Такое положение М.С. Корсакова в Петербурге свидетельствовало об отсутствии у него сильного покровителя. Пожалуй, главным его доброжелателем был Николай Павлович Игнатьев. В письмах к нему Корсаков затрагивал даже такие вопросы, которые отнюдь не входили в компетенцию директора Азиатского департамента МИДа: например, с просьбой быть покровителем посылаемых в Петербург подчиненных и курьеров генерал-губернатора и «научить их», как передать камердинеру государя отчет по Нерчинским горным заводам, чтобы он попал в собственные руки императора. Но Игнатьев сам занимал не слишком высокое место.
В личных письмах Михаила Семёновича говорилось о постоянной борьбе с министерствами и департаментами. «Три года я управляю краем под тою мыслию, что не сегодня, так завтра пришлют мне на смену другого генерал-губернатора (со времен бакунинской истории). В Петербурге это очень хорошо знают и пользуются моим неопределенным положением. Перебирая прежнюю переписку генерал-губернатора, часто вижу, какую сильную и надежную поддержку имел граф Амурский в Николай Павловиче, зато многое и сделано. Никогда мне и на ум не придет сравнивать себя с Николаем Николаевичем, который обладает гениальными, по моему мнению, способностями, но все же и помощь и поддержка ему были сильные», — писал Корсаков брату 11 марта 1864 года.
Корсаковский историко-краеведческий музей
#МСКорсаков200
Такое положение М.С. Корсакова в Петербурге свидетельствовало об отсутствии у него сильного покровителя. Пожалуй, главным его доброжелателем был Николай Павлович Игнатьев. В письмах к нему Корсаков затрагивал даже такие вопросы, которые отнюдь не входили в компетенцию директора Азиатского департамента МИДа: например, с просьбой быть покровителем посылаемых в Петербург подчиненных и курьеров генерал-губернатора и «научить их», как передать камердинеру государя отчет по Нерчинским горным заводам, чтобы он попал в собственные руки императора. Но Игнатьев сам занимал не слишком высокое место.
В личных письмах Михаила Семёновича говорилось о постоянной борьбе с министерствами и департаментами. «Три года я управляю краем под тою мыслию, что не сегодня, так завтра пришлют мне на смену другого генерал-губернатора (со времен бакунинской истории). В Петербурге это очень хорошо знают и пользуются моим неопределенным положением. Перебирая прежнюю переписку генерал-губернатора, часто вижу, какую сильную и надежную поддержку имел граф Амурский в Николай Павловиче, зато многое и сделано. Никогда мне и на ум не придет сравнивать себя с Николаем Николаевичем, который обладает гениальными, по моему мнению, способностями, но все же и помощь и поддержка ему были сильные», — писал Корсаков брату 11 марта 1864 года.
Корсаковский историко-краеведческий музей
#МСКорсаков200