27.06.2026 02:30
В июне 1865 году главное начальство Восточной Сибири даже обратилось с предложением о прекращении дальнейшей высылки ссыльнокаторжных в Восточную Сиби…
В июне 1865 году главное начальство Восточной Сибири даже обратилось с предложением о прекращении дальнейшей высылки ссыльнокаторжных в Восточную Сибирь. После того, как это предложение было отвергнуто, учрежденными в Иркутске и Красноярске «временными Комитетами для составления особых правил по устройству быта политических преступников, ссылаемых в Восточную Сибирь на поселение, житье и водворение», были определены местности для водворения, размеры и условия получения ссуд на обзаведение хозяйством, а также условия отлучек. Выраженному в том же документе ожиданию, что правила могли бы принести пользу ссыльным и «служить надежною мерою к сохранению спокойствия в крае», не суждено было сбыться, как показало восстание 1866 года.
Ещё в 1865 году по ходатайству генерал-губернатора было учреждено особое Управление для надзора за политическими преступниками, сосланными за участие в польском мятеже во главе с полковником Н.И. Вакульским. Возможно, предчувствуя опасное развитие событий, Корсаков обратился в Комитет министров с предложением дать ему право военно-полевого суда в случае возможных беспорядков. Он аргументировал свое ходатайство тем, что из-за одновременной ссылки поляков, штрафованных солдат и ежегодно поступающего большого числа уголовных преступников «Восточная Сибирь сделалась сосредоточием порочных людей».
После дискуссии Комитет министров принял решение о предоставлении генерал-губернатору Восточной Сибири права судить военно-полевым судом ссыльнокаторжных, высланных «порочных» нижних чинов и всех сосланных за убийство, разбои, поджог, и подтвердил ранее имевшееся у него право такого суда в случае измены и бунта. Как известно, очень скоро это право было применено.
Летом 1866 года работавшие на Кругобайкальском тракте радикально настроенные активисты подняли восстание с целью освобождения польских ссыльных и массового побега через Монголию в Китай, в надежде найти там Английские корабли, чтобы на них вернуться в Европу через Америку. Действия властей при подавлении восстания были энергичными и решительными: «был разгадан общий замысел восстания и приняты своевременно меры к закрытию выхода в Забайкалье и путей отступления… к монгольской границе», оказались в наличии военные силы и транспортные средства, что позволило «опередить восставших и закрыть их в узком мешке прибрежной полосы дороги».
Поскольку сам Корсаков в это время находился вне Иркутска, всем распоряжались его ближайшие подчиненные. Генерал-губернатор учредил военно-полевой суд и утвердил его решение. Правда, при конфирмации (утверждении приговора) М.С. Корсаков смягчил приговор для нескольких человек и, отправляя в столицу телеграммой решение суда, просил еще смягчить его. Ответ, пришедший обычной почтой только через месяц (уже после приведения в исполнение приговора), предоставлял генерал-губернатору право «поступить по собственному благоусмотрению», чем по сути было выражено, что подозрений в попустительстве Корсакова по отношению к политическим ссыльным больше не существует.
Продолжение следует...
#МСКорсаков200
Корсаковский историко-краеведческий музей
Ещё в 1865 году по ходатайству генерал-губернатора было учреждено особое Управление для надзора за политическими преступниками, сосланными за участие в польском мятеже во главе с полковником Н.И. Вакульским. Возможно, предчувствуя опасное развитие событий, Корсаков обратился в Комитет министров с предложением дать ему право военно-полевого суда в случае возможных беспорядков. Он аргументировал свое ходатайство тем, что из-за одновременной ссылки поляков, штрафованных солдат и ежегодно поступающего большого числа уголовных преступников «Восточная Сибирь сделалась сосредоточием порочных людей».
После дискуссии Комитет министров принял решение о предоставлении генерал-губернатору Восточной Сибири права судить военно-полевым судом ссыльнокаторжных, высланных «порочных» нижних чинов и всех сосланных за убийство, разбои, поджог, и подтвердил ранее имевшееся у него право такого суда в случае измены и бунта. Как известно, очень скоро это право было применено.
Летом 1866 года работавшие на Кругобайкальском тракте радикально настроенные активисты подняли восстание с целью освобождения польских ссыльных и массового побега через Монголию в Китай, в надежде найти там Английские корабли, чтобы на них вернуться в Европу через Америку. Действия властей при подавлении восстания были энергичными и решительными: «был разгадан общий замысел восстания и приняты своевременно меры к закрытию выхода в Забайкалье и путей отступления… к монгольской границе», оказались в наличии военные силы и транспортные средства, что позволило «опередить восставших и закрыть их в узком мешке прибрежной полосы дороги».
Поскольку сам Корсаков в это время находился вне Иркутска, всем распоряжались его ближайшие подчиненные. Генерал-губернатор учредил военно-полевой суд и утвердил его решение. Правда, при конфирмации (утверждении приговора) М.С. Корсаков смягчил приговор для нескольких человек и, отправляя в столицу телеграммой решение суда, просил еще смягчить его. Ответ, пришедший обычной почтой только через месяц (уже после приведения в исполнение приговора), предоставлял генерал-губернатору право «поступить по собственному благоусмотрению», чем по сути было выражено, что подозрений в попустительстве Корсакова по отношению к политическим ссыльным больше не существует.
Продолжение следует...
#МСКорсаков200
Корсаковский историко-краеведческий музей