04.10.2026 15:00
Земское самоуправление вместо цифрового тоталитаризма Вот, что надо России. Вчера мы писали вам об опасности цифровог
Земское самоуправление вместо цифрового тоталитаризма
Вот, что надо России.
Вчера мы писали вам об опасности цифрового тоталитаризма, который с Запада заползает и к нам, а сегодня напишем, о том, какое государственное устройство Россия может ему противопоставить, опираясь на свои традиции.
Иван Горемыкин, председатель Совета министров Российской империи, последний действительный тайный советник 1-го класса:
«Основой действительной силы государства, какова бы ни была его форма, есть развитая и окрепшая к самостоятельности личность; выработать в народе способность к самоустройству и самоопределению может только привычка к самоуправлению, развитие же бюрократии и правительственной опеки создаёт лишь обезличенные и бессвязные толпы населения, людскую пыль».
Это слова русского государственного деятеля высочайшего ранга, человека, который знал Российскую Империю изнутри и понимал, что её реальная сила не в чиновничьем аппарате, а в живом, самостоятельном народе. А у нас для этого были собственные, проверенные веками институты.
Община — система самоуправления, где мир решал споры, распределял налоги, поддерживал немощных, выбирал старосту, делая это без указки из столицы. Община воспитывала в человеке способность к самоустройству. Человек в общине не был «пылью», а голосом, участником решения, частью живого организма.
Земства, учреждённые в 1864 году, стали следующим шагом. Школа, больница, дорога, статистика, агрономическая помощь, всё это земство делало руками местных людей, которые знали свою землю и отвечали за неё. Земский врач, земский учитель, земский статистик – это были фигуры, выросшие из народной почвы, а не спущенные из министерства. Именно земства показали: когда людям дают реальную ответственность за свою территорию, результат превосходит любые казённые мероприятия.
Всё это Горемыкин описывает с предельной точностью. Иностранные элиты (от афинских полисов до американских штатов) тысячелетиями делали ставку на свободные, самоорганизующиеся общества. И от этого не слабели, а крепли. Потому что свободный, самостоятельный человек — это актив, а не пассив. Он создаёт, а не только подчиняется. Государство, построенное из таких людей, сильнее любого, где народ превращён в «толпу населения».
Община и земство это наши родовые ответы на тот же вопрос: как соорганизовать народ так, чтобы раскрыть его потенциал, а не подавить. Мы не нуждались в иностранных моделях, чтобы понять ценность самоуправления. Иван Горемыкин, выходец из самой глубины имперской системы, формулирует это чище многих западных теоретиков.
Русская община и земская система доказали: самоуправление — это наша традиция, наш язык, наш опыт. Вопрос в другом: готовы ли мы снова увидеть в человеке личность, а не «население».
@obshina_rus
Вот, что надо России.
Вчера мы писали вам об опасности цифрового тоталитаризма, который с Запада заползает и к нам, а сегодня напишем, о том, какое государственное устройство Россия может ему противопоставить, опираясь на свои традиции.
Иван Горемыкин, председатель Совета министров Российской империи, последний действительный тайный советник 1-го класса:
«Основой действительной силы государства, какова бы ни была его форма, есть развитая и окрепшая к самостоятельности личность; выработать в народе способность к самоустройству и самоопределению может только привычка к самоуправлению, развитие же бюрократии и правительственной опеки создаёт лишь обезличенные и бессвязные толпы населения, людскую пыль».
Это слова русского государственного деятеля высочайшего ранга, человека, который знал Российскую Империю изнутри и понимал, что её реальная сила не в чиновничьем аппарате, а в живом, самостоятельном народе. А у нас для этого были собственные, проверенные веками институты.
Община — система самоуправления, где мир решал споры, распределял налоги, поддерживал немощных, выбирал старосту, делая это без указки из столицы. Община воспитывала в человеке способность к самоустройству. Человек в общине не был «пылью», а голосом, участником решения, частью живого организма.
Земства, учреждённые в 1864 году, стали следующим шагом. Школа, больница, дорога, статистика, агрономическая помощь, всё это земство делало руками местных людей, которые знали свою землю и отвечали за неё. Земский врач, земский учитель, земский статистик – это были фигуры, выросшие из народной почвы, а не спущенные из министерства. Именно земства показали: когда людям дают реальную ответственность за свою территорию, результат превосходит любые казённые мероприятия.
Всё это Горемыкин описывает с предельной точностью. Иностранные элиты (от афинских полисов до американских штатов) тысячелетиями делали ставку на свободные, самоорганизующиеся общества. И от этого не слабели, а крепли. Потому что свободный, самостоятельный человек — это актив, а не пассив. Он создаёт, а не только подчиняется. Государство, построенное из таких людей, сильнее любого, где народ превращён в «толпу населения».
Община и земство это наши родовые ответы на тот же вопрос: как соорганизовать народ так, чтобы раскрыть его потенциал, а не подавить. Мы не нуждались в иностранных моделях, чтобы понять ценность самоуправления. Иван Горемыкин, выходец из самой глубины имперской системы, формулирует это чище многих западных теоретиков.
Русская община и земская система доказали: самоуправление — это наша традиция, наш язык, наш опыт. Вопрос в другом: готовы ли мы снова увидеть в человеке личность, а не «население».
@obshina_rus