В дополнение утренним постам, интересное о «воображаемом Западе».

В дополнение утренним постам, интересное о «воображаемом Западе».

У Алексея Юрчака есть книга "Это было навсегда, пока не кончилось".
Юрчак, американский социолог и антрополог, жил в России нынче работает в Беркли. Так вот в книге он вводит термин "воображаемый Запад". Ему посвящена целая глава.

В чём суть.

В 70–80-е советские люди покупали не только реально полезные западные вещи типа джинсы, пластинки. Они собирали совершенно бесполезные западные артефакты. Коллекции целые. Пустые пачки от сигарет. Обёртки от жвачки. Вкладыши. Кто помнит, обладатель вкладышей от жвачек был школьным Рокфеллером. Собирали коллекции пивных банок. Фирменные полиэтиленовые пакеты с иностранными логотипами. Всё это было в самой читающей стране, где, как нас убеждают необольшевики, каждый жил мечтой о коммунизме.

Но всякий человек возраста от 40 лет и старше, прекрасно помнит этот нелепый карго-культ. Где советские люди гордились коллекцией пустых бутылок из под виски и джина.

Юрчак пишет, как пример, что студент, скажем, физически не мог перевести надпись на пакете из лондонской прачечной самообслуживания, потому что самого понятия "прачечная самообслуживания" в советском быту не существовало. Но пакет носился как значимый предмет. Почему?

Юрчак считает, что дело было не в товаре и не в стране, а в том, что пустая иностранная обёртка становилась чистым знаком, оболочкой без конкретного содержания, которую можно было наполнить собственными фантазиями. Чем менее понятной была надпись, тем лучше она работала. Потому что не ограничивала воображение конкретным смыслом, оставляла пространство для мечты.

При этом Юрчак специально подчёркивает: СССР вполне мог технически воспроизвести почти любой западный потребительский товар. Подделки джинсов из итальянской ткани по фирменным лекалам, которые шили цеховики, были такого качества, что даже опытные люди путали с оригиналом. Проблема была в другом: реальный Запад был недоступен для непосредственного наблюдения. Нельзя было поехать, увидеть, сравнить.

Образ Запада конструировался в головах не из личных впечатлений и наблюдений, а из обрывков, из фрагментов, из того, что можно было нафантазировать вокруг непереводимой надписи на пакете или банки от пива Туборг с грустным дядькой (такая банка особо котировалась советскими людьми).

Короче, это был не политический протест, и даже не тоска по другому обществу. Скорее мечта о другой жизни. Такое символическое пространство внутри советской повседневности. Реальная западная жизнь была не понятна, и не известна, а в головах замудоханных дефицитом и очередями советских людей сформировались ложные образы и символы.

Так вот. СССР закончился. Поехать в Европу даже сейчас, при всей ситуации - не проблема. НО воображаемый Запад никуда не делся. Потому что механизм его воспроизводства никуда тоже не делся.
Люди, которые сегодня говорят "в России нет возможностей для развития, там есть", "в России всё плохо, а там хорошо", в абсолютном большинстве своём никогда не жили на этом "там" достаточно долго, чтобы увидеть его изнутри. Они путают туризм и эмиграцию. Их мозг работает с тем же пустым пакетом из лондонской прачечной.

Только теперь вместо пакета Инстаграм с красивыми картинками, голливудские фильмы и истории эмигрантов, которые рассказывают о том как они счастливы в новой жизни, даже если живут в собачьей будке по ветеринарной квоте общества спасения диких животных.

Воображаемый Запад устойчив именно потому, что он воображаемый. В него невозможно въехать и разочароваться, потому что он существует не в географии, а в голове. Любой реальный факт о проблемах западной жизни, о страшной бедности целых социальных страт в США, о расизме, о деградации городов (вы видели города, где раньше были заводы Bethlehem Steel?), о стоимости медицины, о фентаниловых торчках и гомосеках-преподавателях в детских садах противоречит воображаемому Западу.