Вот это я вспомнил!

Вот это я вспомнил!

2 класс. Мы с одноклассником у него дома. Уже не помню, чем занимались, но в какой-то момент стало скучно и начали беситься: бегать друг за другом, толкаться, ржать как кони.
Я забежал на кухню, этот шкет за мной не успел. Просунул руку в дверной проём, но не поймал меня. Я облокотился на дверь, он руку убрал. И тут слышу звон. Чувствую, как мне на голову падает кусок стекла и разлетается от удара. Дверь была со стеклянной вставкой.
Этот гаврик, разозлившись, что не поймал меня, взял разгон, выставил локти и протаранил дверь. Стекло разбилось. Поворачиваюсь — у него одно предплечье сильно разрезано от локтя до кисти, второе местами будто порвано. Напомню: второй класс школы!
Я почему-то не испугался, а сразу начал думать, что делать. Тут он посмотрел на меня, заорал и побежал в ванную смывать кровь. Я понимал, что водой её не остановить, и пытался ему это объяснить, а он повторял: «Да я сейчас помою, и всё нормально будет».
Я понял, что он немного не в себе. Спросил, чем можно перевязать руки. Достал какие-то футболки и полотенца. Он предлагал половые тряпки — их, мол, не жалко, — но я уже понимал, что нужна хоть какая-то чистота.
Я попытался его перевязать, но речь у него стала вялой, походка шаткой. Пришлось посадить его на стул. Мобильных телефонов тогда не было, только стационарный.
Я оказался в запертой квартире с парнишкой, который истекал кровью. До сих пор помню тёмный коридор, стул у ванной и мальчика с замотанными руками, с которых на пол капает кровь. Я выпытываю у него точный адрес, чтобы вызвать скорую. Наконец сказал. При этом больше всего он боялся, что мама узнает.
Звоню в скорую — меня не слушают и кладут трубку. Звоню ещё раз, а мне: «Ещё раз позвонишь — милицию вызову». Потом трубку уже просто не брали.
Параллельно звоню домой — никого. Сейчас понимаю, что надо было звонить кому угодно, искать взрослых и просить их вызвать скорую. Но в девять лет я до этого не додумался.
Начинаю тормошить его, чтобы дал номер матери. Он отказывается. Тогда говорю, что мне пора домой, иначе меня заругают и больше не отпустят, а он останется один. Сработало. Он сказал, где ключ, и сообщил, что телефон матери написан на обоях между шкафом и выходом.
Я еле разглядел цифры в тёмном углу. Сам бы никогда не догадался искать номер на обоях.
Позвонил его матери, ожидая порцию визга. Но она спокойно меня выслушала, в том числе историю со скорой, и сказала, что сейчас приедет.
Я хотел её дождаться, но одноклассник в полудрёме сказал, что я не виноват и мне лучше идти, иначе достанется и мне. Я оставил дверь открытой, положил обувь в проходе и ушёл на этаж выше. Честно — испугался.
Минут через пять приехала его мать. Никакой истерики — она совершенно спокойно с ним разговаривала. Потом я увидел, как одноклассника вывели и посадили в машину. На одну руку ему наложили 19 швов. Это я помню до сих пор.
На следующий день прихожу в школу — и сразу ловлю испепеляющий взгляд нашей училки. Старая жаба, совковой закалки.
Во время урока она объявила всему классу, что я чуть не убил одноклассника. Вывела меня к доске и начала орать, чтобы я рассказал всем, «что натворил». Ещё и трясла меня за плечо.
А я стоял и смотрел в пол. Как будто не помог человеку, вообще ничего не зная о первой помощи и действуя практически наугад.
Вот такая она, совковая закалка. Повезло тебе, Валентина Ивановна, что перед тобой был воспитанный и сдержанный мальчик, а не дворовый хулиган.
И ещё одна деталь. Когда мне было лет пять, я услышал от взрослых историю о человеке, которому мои родители помогли после серьёзной травмы. Потом расспрашивал мать, почему идёт кровь, как её остановить, что делать, чтобы человек не умер.
Видимо, благодаря тем разговорам я и сообразил, что делать в критический момент. И помогло.
Всем спасибо за внимание, у меня всё.

Автор на Пикабу: FettelTheOnlyOne:
Комментарии: pikabu.ru/link/VcLbaC5NtO