15.06.2026 11:25
Театр одного актера закрыт.
Театр одного актера закрыт. Начинаются гастроли по этапу
Сын за отца. Впрочем, нет. Сначала — отец за всех.
Свежие сводки из жизни самого медийного экс-адвоката России Эльмана Магеррам оглы Пашаева тянут на сценарий сериала, который побрезговали бы снимать даже на НТВ. Слишком чернушно.
Младший отпрыск, 26-летний Эльвин, сидит с февраля. Статья — мошенничество в особо крупном. Но начиналось всё, как в плохом детективе 90-х: с убийства и расчлененки. В октябре 2025-го пропал владелец московской квартиры. Той самой, что незадолго до ареста Эльвин (или все-таки папа?) переписал на себя. Тело несчастного потом нашли. Расчлененным. Прямой семейный подряд: пока сын решал квартирный вопрос радикально, отец разводил людей.
Папаша тем временем ждет суда в Донецке. Эпизодов — как в сборнике анекдотов, только плакать хочется. Эпизод первый: Алексей Блиновский. Помните «королеву марафонов»? Пашаев взял у ее мужа $300 тысяч и больше 20 миллионов рублей. Обещал отмазать благоверную. Не отмазал. Деньги, по версии следствия, просто прикарманил.
Эпизод второй: житель Петрозаводска Алексей Захаров. Ему Эльман с подельником предложили квест «заключи контракт с Минобороны и спи спокойно». За освобождение от наркостатьи и отмывания попросили 10,5 миллионов рублей и компьютерную технику на полмиллиона. Бизнес-план сорвали люди из военной контрразведки ФСБ.
Ну и вишенка на этом торте — актер Михаил Ефремов. Тот самый приговор в 7,5 лет, который Пашаев называл своей «победой», стал для актера билетом в колонию общего режима. Ефремов потом рвал на себе волосы и публично отказывался от защитника. Говорил, мол, методы и пустые обещания только ухудшили ситуацию. И ведь не поспоришь.
Эльман умудрился стать самым узнаваемым экс-адвокатом страны. Вот только узнаваемость эта — как пятно от жирного борща на белой скатерти: все замечают, все кривятся, но сидеть рядом никто не хочет. Шоу закончилось. Зрители разошлись. На сцене остался только человек с микрофоном, который уже ничего не решает.
И да, ходатайство о продлении стражи удовлетворили. Слушания по существу начались.
Сын за отца. Впрочем, нет. Сначала — отец за всех.
Свежие сводки из жизни самого медийного экс-адвоката России Эльмана Магеррам оглы Пашаева тянут на сценарий сериала, который побрезговали бы снимать даже на НТВ. Слишком чернушно.
Младший отпрыск, 26-летний Эльвин, сидит с февраля. Статья — мошенничество в особо крупном. Но начиналось всё, как в плохом детективе 90-х: с убийства и расчлененки. В октябре 2025-го пропал владелец московской квартиры. Той самой, что незадолго до ареста Эльвин (или все-таки папа?) переписал на себя. Тело несчастного потом нашли. Расчлененным. Прямой семейный подряд: пока сын решал квартирный вопрос радикально, отец разводил людей.
Папаша тем временем ждет суда в Донецке. Эпизодов — как в сборнике анекдотов, только плакать хочется. Эпизод первый: Алексей Блиновский. Помните «королеву марафонов»? Пашаев взял у ее мужа $300 тысяч и больше 20 миллионов рублей. Обещал отмазать благоверную. Не отмазал. Деньги, по версии следствия, просто прикарманил.
Эпизод второй: житель Петрозаводска Алексей Захаров. Ему Эльман с подельником предложили квест «заключи контракт с Минобороны и спи спокойно». За освобождение от наркостатьи и отмывания попросили 10,5 миллионов рублей и компьютерную технику на полмиллиона. Бизнес-план сорвали люди из военной контрразведки ФСБ.
Ну и вишенка на этом торте — актер Михаил Ефремов. Тот самый приговор в 7,5 лет, который Пашаев называл своей «победой», стал для актера билетом в колонию общего режима. Ефремов потом рвал на себе волосы и публично отказывался от защитника. Говорил, мол, методы и пустые обещания только ухудшили ситуацию. И ведь не поспоришь.
Эльман умудрился стать самым узнаваемым экс-адвокатом страны. Вот только узнаваемость эта — как пятно от жирного борща на белой скатерти: все замечают, все кривятся, но сидеть рядом никто не хочет. Шоу закончилось. Зрители разошлись. На сцене остался только человек с микрофоном, который уже ничего не решает.
И да, ходатайство о продлении стражи удовлетворили. Слушания по существу начались.