Мужчины не плачут: офисная история Светы

Мужчины не плачут

Рабочий день был в самом разгаре, когда в кабинет влетел, как всегда встрепанный и оплывший начальник и с порога заорал:
- Марина Олеговна, ну, я же просил! Где отчет за текущий период?! Света, где накладные?!
Я судорожно сглотнула. Накладные давным-давно лежали у него на столе, но рефлексы оказались сильнее. Я занервничала, в отличие от пожилой Марины Олеговны. Та деловито порылась в бумагах и протянула ему папку.
- Вот, Игорь Вячеславович, здесь все подшито.
Но ему уже не нужна была папка. Его глазки вперились в меня, высверливая очередную дырку.

Под ложечкой засосало от страха. Захотелось залезть под стол, а еще лучше, убежать домой.
- Света, мое терпение на исходе! Сколько можно?!
- Накладные у вас на столе… со вчерашнего вечера, – вступилась за меня Марина Олеговна.
Начальник резко развернулся к добродушной старушке и, как индюк, надулся, выхватив из ее рук папку с отчетом.
- Что?! Заняться не чем?! – рявкнул он.
- Игорь Вячеславович, - нежно пропела Оля с соседнего стола. – А можно… я сегодня пораньше уйду?

Светло-голубые, почти прозрачные глазки, подведенные черным карандашом, томно захлопали ресницами. Губки капризно скривились, и Оленька, намотав прядь белокурых волос на палец, медленно встала, представ во всем своем великолепии.
Славыч тут же обмяк. Кадык нервно дернулся, и толстые губы расплылись в плотоядной улыбке.
- Оленька, душечка!.. Для тебя все что угодно.
Ольга провела руками по своему аппетитному телу, словно проверяла – вся ли одежда на ней.
Славыч с трудом оторвал глаза от ее фигурки и, бросив на меня испепеляющий взгляд, вышел.
Марина Олеговна тяжело вдохнула и, покачав головой, уткнулась в экран монитора.

- Эх, Света… С мужиками только так и надо, – молвила Оля, доставая из стола зеркальце и помаду. – Улыбнуться, подмигнуть, а где и дурочку свалять.
Я тяжело вздохнула: «Не мое. Не могу я играть в эти игры».
На столе зажужжал сотовый телефон – звонил муж.
- Светик? – в ухе раздался голос любимого мужчины. - Я не смогу забрать Темку из сада. Давай сама.
Я напряглась:
- Но, Вадим, ты же знаешь, что сегодня у меня прием граждан с двух. Я не могу…
- Знаю, лапуль, но у меня новый договор на миллион. Если я его сорву – денег дома не будет.

Вот оно ключевое слово – ДЕНЬГИ. Ну, почему вся жизнь крутится вокруг них?! Почему нельзя по-другому?! Я застонала тихо-тихо… почти про себя.
- Вадик, я не могу. Славыч опять свирепствует… - я начала слабо сопротивляться.
В трубке раздался тяжелый вздох. Вечная проблема, кто заберет трехлетнего сына, встала в очередной раз между нами, разбивая наши судьбы на две половины.
- Вадим, я больше не могу отпрашиваться. Не в этот раз.
- Света, не ставь меня перед выбором…
- Перед выбором?! – вспыхнула я. – Каким выбором?! Сын или работа? Или, может, семья и работа? Хватит каждый раз прикрываться ей! Вспомни, наконец, что у тебя есть сын и жена!
В трубке раздались короткие гудки. Я бросила телефон на стол и закрыла лицо руками. Слезы готовы были выплеснуться наружу, превратив меня в сгусток слякоти.

- Все мужики сволочи и козлы, – подлила масло в огонь Ольга, звонко захлопнув зеркальце. – Им лишь бы дома не сидеть. Работа, друзья, выпивка и все. Ах, да, еще девки на стороне…
- Ольга! – оборвала ее Марина Олеговна и строго посмотрела на самую младшую сотрудницу отдела. – Много ты понимаешь в мужчинах! Сколько тебе? Двадцать?
- Через неделю двадцать один, – с вызовом ответила девушка.
- И, что, много, что ли? – И уже посмотрев на меня, спросила: – Сына забрать некому?
Я убрала руки с лица и кивнула.
- Некому. У Вадима наклюнулся новый договор.
- Вот, вот. Договор у него! Ага, щас!.. Устал он от дома и всех ваших бытовух. Парень свободы хочет. К тому же, он у тебя – вон какой красавчик…