28.07.2026 03:00
Овсянка, которую он любил: два дома Виктора Астафьева Летний день на Енисее. Мы приехали в Овсянку , оставили авто на с
Овсянка, которую он любил: два дома Виктора Астафьева
Летний день на Енисее. Мы приехали в Овсянку , оставили авто на стоянке у церкви и начали осмотр. Тёплый ветер несёт запах травы и речной воды. Село Овсянка живёт своей обычной жизнью, но стоит подойти Центру Астафьева и попадаешь в пространство, где время течёт иначе. Здесь, недалеко от берега Енисея, стоят два деревянных дома, разделённых дорогой. А между ними новое трёхэтажное здание Национального центра, которое два года назад, 1 мая 2024-го, распахнуло двери в день столетия писателя. Но главное в Овсянке — не современные стёкла и бетон, а те самые избы, где Виктор Петрович жил и вырос.
Дом на улице Щетинкина, 26 — это скромное деревянное строение, которое Астафьев купил в 1980 году, навсегда вернувшись на малую родину. Помогал ему поднимать «полусгнившую избу» его друг Алёша Девяткин. Внутри всё сохранилось, как при жизни: письменный стол, за которым рождались «Печальный детектив» и «Прокляты и убиты», старая кровать, личные вещи. Сюда, в эту тишину, приезжали Горбачёв, Ельцин, Путин, Солженицын. Дом стал музеем 29 ноября 2002 года — ровно через год после смерти писателя. Экскурсоводы показывают его гостям так, словно хозяин вышел во двор и вот-вот вернётся.
А напротив — дом бабушки Екатерины Петровны Потылицыной, тот самый, что стал главным героем «Последнего поклона». Правда, оригинал не сохранился: двухсотлетнее дерево сгнило, и в 1980-е его разобрали. Но к столетию Астафьева его восстановили заново — по воспоминаниям старожилов, по архивным чертежам и, конечно, по строкам самой повести. Внутри — настоящая крестьянская усадьба 1920-х: русская печь, ухваты, маслобойка, мутовка. Всё как в детстве Витьки. Кажется, что бабушка Екатерина сейчас войдёт с огорода и поставит на стол парное молоко.
Национальный центр, что вырос между этими домами, не перекрывает их, он связывает. Его экспозиция это река жизни Астафьева: от сиротства в Игарке до фронта и возвращения. А над всем этим парит гигантская «Царь-рыба» — главный арт-объект центра. За два года здесь прошли десятки выставок, побывали сотни тысяч гостей, но главное Овсянка осталась той самой, которую Астафьев описал в своих книгах. Дом, где он работал, и дом, где он рос, стоят рядом, как два берега одной памяти.
Нам очень понравилось. Фотографий сделал больше сотни, если интересно то они тут. Впечатляющее место.
Мы в Макс Дзен Телеграм
Наш сайт
Летний день на Енисее. Мы приехали в Овсянку , оставили авто на стоянке у церкви и начали осмотр. Тёплый ветер несёт запах травы и речной воды. Село Овсянка живёт своей обычной жизнью, но стоит подойти Центру Астафьева и попадаешь в пространство, где время течёт иначе. Здесь, недалеко от берега Енисея, стоят два деревянных дома, разделённых дорогой. А между ними новое трёхэтажное здание Национального центра, которое два года назад, 1 мая 2024-го, распахнуло двери в день столетия писателя. Но главное в Овсянке — не современные стёкла и бетон, а те самые избы, где Виктор Петрович жил и вырос.
Дом на улице Щетинкина, 26 — это скромное деревянное строение, которое Астафьев купил в 1980 году, навсегда вернувшись на малую родину. Помогал ему поднимать «полусгнившую избу» его друг Алёша Девяткин. Внутри всё сохранилось, как при жизни: письменный стол, за которым рождались «Печальный детектив» и «Прокляты и убиты», старая кровать, личные вещи. Сюда, в эту тишину, приезжали Горбачёв, Ельцин, Путин, Солженицын. Дом стал музеем 29 ноября 2002 года — ровно через год после смерти писателя. Экскурсоводы показывают его гостям так, словно хозяин вышел во двор и вот-вот вернётся.
А напротив — дом бабушки Екатерины Петровны Потылицыной, тот самый, что стал главным героем «Последнего поклона». Правда, оригинал не сохранился: двухсотлетнее дерево сгнило, и в 1980-е его разобрали. Но к столетию Астафьева его восстановили заново — по воспоминаниям старожилов, по архивным чертежам и, конечно, по строкам самой повести. Внутри — настоящая крестьянская усадьба 1920-х: русская печь, ухваты, маслобойка, мутовка. Всё как в детстве Витьки. Кажется, что бабушка Екатерина сейчас войдёт с огорода и поставит на стол парное молоко.
Национальный центр, что вырос между этими домами, не перекрывает их, он связывает. Его экспозиция это река жизни Астафьева: от сиротства в Игарке до фронта и возвращения. А над всем этим парит гигантская «Царь-рыба» — главный арт-объект центра. За два года здесь прошли десятки выставок, побывали сотни тысяч гостей, но главное Овсянка осталась той самой, которую Астафьев описал в своих книгах. Дом, где он работал, и дом, где он рос, стоят рядом, как два берега одной памяти.
Нам очень понравилось. Фотографий сделал больше сотни, если интересно то они тут. Впечатляющее место.
Мы в Макс Дзен Телеграм
Наш сайт