Хочу разобраться с новыми тенденциями на СВО.

Хочу разобраться с новыми тенденциями на СВО.

Начнем с тыла. Я предполагаю, что можно ждать изменений в питании. О чем я? О ежедневном рационе штурмовиков. Мы, имея нынешний рацион, не учитываем, что пищу нынче доставить тем, кто воюет впереди, совсем непросто. Имея в рационе много круп мы сужаем возможности обеспечения. Кашу не сваришь и не сбросишь штурмовикам в кастрюле. Питание-то доставляет не старшина на подводе с лошадью, а коптер, или специальный солдат, именуемый караванщиком. Ему, кроме питания, много еще чего надо нести на передний край.

Поэтому наверняка будут создаваться новые штатные сухие пайки для переднего края (сушеное вакуумированное мясо, сублимированные блюда, батончики смеси сухофруктов, меда и орехов, вода в подходящей для доставки небом упаковке и тд). Обеспечение водой, вообще, в ведении инженерных войск, а не тыла, но тут никто ни на кого проблемы не перекладывает, идет снабжение и всё. То ж самое по нормам вещевого довольствия. Многие командиры давно снабжают своих штурмовиков и бойцов закрепляющих подразделений необходимым обмундированием в сжатом и вакуумированном виде, сбрасывая с коптеров. Штурмовика с работы не снимешь, в каптерку менять белье не отправишь. Новый начальник Тыла генерал Солодчук деятельный профессиональный руководитель, я его знаю давно и уверен, что изменения не за горами. Тем более речь идет не о революции а о развитии системы обеспечения.

Идет развитие дистанционного лечения раненых, когда доктор оказывает помощь советами по связи, а коптер сбрасывает нужные медицинские средства и лекарства. Раненые, сами ставят себе уколы, перевязки, принимают таблетки. Или товарищи, если они рядом, ухаживают за ним. Возвращаться в тыл раненому очень опасно, проще лечиться в замаскированном логове, получая все небом.

В основном поражения дронами-камикадзе получаются в движении. И впереди, когда штурмовик обращает на себя внимание перебегая открытку или нарушая маскировку. И подразделения подвоза в ближайшем тылу попадают под удар. Движение, это опасность, поэтому даже самоходные орудия стараются двигать реже, наоборот, закапывают САУ, и выкатывают их из укрытия толко при острой необходимости.

Техника передвижения на машинах давно отработана, воздушные посты наблюдения, МОГи помогают друг другу информацией о летящих БЛА, о наличии укрытий, о предлагаемых действиях при угрозе атаки коптеров.

Я отмечаю близость командиров к своим солдатам. Почти всегда командиры размещаются в одних подвалах с личным составом, питаются в одних импровизированных столовых, справляют надобности в одних и тех же местах, умываются, моются в одних санитарных точках. Я имею в виду не командиров рот, а комбригов и командиров полков. Это цементирует коллективы.

То что касается действий наших дипломатов на внешнеполитической арене - их риторика в отношении с западными коллегами стала гораздо жестче, мы не пугаем, а действуем. Мы усилили наши удары по глубоким тылам противника. Мы разрушаем дата-центры, а это же хранилища разведданных ВСУ, в том числе получаемых от Запада. Их почти не осталось. Мы отрезаем Украину от соседей из НАТО. Мы блокируем жизнь в Киеве, мы рушим в нем городские мосты. Три из шести столичных мостов через Днепр под нашими ударами. И мэр Киева Кличко уже докладывает, что собирается возводить паромные переправы в городе, чтоб Киев окончательно не охватил коллапс. Он же умоляет горожан уезжать в деревню, ибо зимой он не справится с их обеспечением горючим, электричеством и водой. Мы разорили всю портовую инфраструктуру Украины, танкеры и сухогрузы в нее больше не ходят. Киев умоляет соседей переселить к себе украинские погранпосты и КПП, ибо их скоро добьют наши «Герани».

Настроение у политической элиты Украины ниже фарватера. Им не дают ни в долг ни дарят деньги, есть и воевать вот-вот будет не на что. Зеленский больше не украинский Че Гевара, а выскочка и попрошайка в глазах многих соседних лидеров. Дальше на Украине будет хуже.