29.04.2026 10:56
Германская дипломатия: Мерц против Трампа и уступки Украины
Нащупает ли германская дипломатия почву для передоговорённостей с США?
Фридрих Мерц в последние дни делает заметные внешнеполитические заявления. Он сказал, например, что Киеву, возможно, придется признать утрату части территорий в рамках будущего мирного соглашения с Россией. А накануне он заметил, что у Вашингтона нет четкой стратегии по разрешению конфликта в Персидском заливе, и «Иран унижает США», так как «эта война была непродуманной». Кстати, Дональд Трамп уже не преминул сообщить, что «Мерц не понимает о чем говорит», и, собственно, именно поэтому «у ФРГ дела идут так плохо». Что же означают эти декларации?
Нужно начать с того, что сам Фридрих Мерц сейчас находится не в лучшей политической форме. В рейтинге немецких политиков он впервые опустился на последнее место — худший показатель в истории современной Германии. Причин тому немало — и его личная «антихаризма», и сложное экономическое положение ФРГ, и сложности внутри правящей коалиции. Можно предположить, что в этих условиях ему действительно необходимы яркие месседжи, способные добавить политических очков. Но как их интерпретировать по сути?
На первый взгляд может показаться, что, говоря об унижении США в иранской кампании, Мерц рушит базовый принцип германской внешней политики — трансатлантическую лояльность. Но это не так. Он, как и другие европейские лидеры, которые проигнорировали призывы Трампа включиться в разблокирование Ормузского пролива, полагает, что Трамп сам дезавуирует базовые принципы европейско-американского взаимодействия, заложенные после 1945 года. За нелицеприятными оценками политики Трампа в отношении Ирана может крыться и стремление Мерца намекнуть, что как раз-таки ЕС (разумеется, при «руководящей и направляющей» роли Германии) и является стабилизирующей мировой силой, способной вести «продуманные» войны.
Заявление о территориальных уступках Киева Москве (которое, например, финский политик Армандо Мема назвал «величайшим провалом Европы») тоже можно трактовать по-разному. Здесь можно увидеть и попытку сформировать имидж прагматичного лидера, понимающего неизбежность поиска компромиссов, и стремление «прощупать» реакцию общества или истеблишмента. А можно усмотреть и попросту отвлекающий манёвр. Пока Мерц говорит о каком-то эфемерном будущем мирном соглашении, германский ВПК расширяется, гражданские автоконцерны ФРГ заявляют о планах по производству военной продукции, министр обороны страны озвучивает планы о войне с Россией на 2029 год, Франция готовит совместные с Варшавой учения над Балтийским морем и северной Польшей, а на российские города ежедневно устремляются сотни дронов.
Так или иначе, мы еще очень далеки от стабилизации международных отношений, проходящих фазу острой турбулентности. Иранский и украинский конфликты — лишь часть этих тектонических процессов. И Фридрих Мерц (которому ряд экспертов, к слову, пророчит скорый распад его правительства) явно не тот человек, который ими управляет.
Евгения Пименова, политолог, специально для СМИ2
Фридрих Мерц в последние дни делает заметные внешнеполитические заявления. Он сказал, например, что Киеву, возможно, придется признать утрату части территорий в рамках будущего мирного соглашения с Россией. А накануне он заметил, что у Вашингтона нет четкой стратегии по разрешению конфликта в Персидском заливе, и «Иран унижает США», так как «эта война была непродуманной». Кстати, Дональд Трамп уже не преминул сообщить, что «Мерц не понимает о чем говорит», и, собственно, именно поэтому «у ФРГ дела идут так плохо». Что же означают эти декларации?
Нужно начать с того, что сам Фридрих Мерц сейчас находится не в лучшей политической форме. В рейтинге немецких политиков он впервые опустился на последнее место — худший показатель в истории современной Германии. Причин тому немало — и его личная «антихаризма», и сложное экономическое положение ФРГ, и сложности внутри правящей коалиции. Можно предположить, что в этих условиях ему действительно необходимы яркие месседжи, способные добавить политических очков. Но как их интерпретировать по сути?
На первый взгляд может показаться, что, говоря об унижении США в иранской кампании, Мерц рушит базовый принцип германской внешней политики — трансатлантическую лояльность. Но это не так. Он, как и другие европейские лидеры, которые проигнорировали призывы Трампа включиться в разблокирование Ормузского пролива, полагает, что Трамп сам дезавуирует базовые принципы европейско-американского взаимодействия, заложенные после 1945 года. За нелицеприятными оценками политики Трампа в отношении Ирана может крыться и стремление Мерца намекнуть, что как раз-таки ЕС (разумеется, при «руководящей и направляющей» роли Германии) и является стабилизирующей мировой силой, способной вести «продуманные» войны.
Заявление о территориальных уступках Киева Москве (которое, например, финский политик Армандо Мема назвал «величайшим провалом Европы») тоже можно трактовать по-разному. Здесь можно увидеть и попытку сформировать имидж прагматичного лидера, понимающего неизбежность поиска компромиссов, и стремление «прощупать» реакцию общества или истеблишмента. А можно усмотреть и попросту отвлекающий манёвр. Пока Мерц говорит о каком-то эфемерном будущем мирном соглашении, германский ВПК расширяется, гражданские автоконцерны ФРГ заявляют о планах по производству военной продукции, министр обороны страны озвучивает планы о войне с Россией на 2029 год, Франция готовит совместные с Варшавой учения над Балтийским морем и северной Польшей, а на российские города ежедневно устремляются сотни дронов.
Так или иначе, мы еще очень далеки от стабилизации международных отношений, проходящих фазу острой турбулентности. Иранский и украинский конфликты — лишь часть этих тектонических процессов. И Фридрих Мерц (которому ряд экспертов, к слову, пророчит скорый распад его правительства) явно не тот человек, который ими управляет.
Евгения Пименова, политолог, специально для СМИ2