17.04.2026 14:39
Богочеловеческие добродетели создают человека
Богочеловеческие добродетели создают человека
О проблеме происхождения человека и его «человечности» размышляет доктор исторических наук, профессор кафедры богословия Сретенской духовной академии протодиакон Владимир Василик. 11–12 марта в Сретенской и Минской духовных академиях проходила V Международная научно-богословская конференция «Бог – человек – мир», которая в этом году посвящена теме «Человечность человека: поиск сокровенного». Отец Владимир выступил с докладом «Гипотеза о происхождении человека от обезьяны в свете святоотеческой антропологии».
– Отец Владимир, Вы известны как яростный противник дарвинизма. На Ваш взгляд, чем эволюционная теория противоречит духовной, церковной точке зрения?
– Отношение к телу как к святыне присутствует во всей богослужебной жизни Церкви: нас помазывают освященным елеем, тело покойного (Требник определяет его как «честные мощи») кадят, пред ним ставят свечи. Мы причащаемся Самого Пречистого Тела и Честныя Крови. А в результате принятия эволюционной схемы выходит, что в основу творения человека изначально полагается грех, смерть и разрушение.
Что касается проблемы происхождения человека, то, утверждая происхождение человека от обезьяны, я думаю, мы его расчеловечиваем. Что говорится эволюционистами о том, как эволюционировал человек? Через что? Через жесточайшую конкуренцию, через жесточайшую межвидовую и внутривидовую борьбу. Внутривидовую борьбу, доходящую, по мнению теософа Тейяра де Шардена, до каннибализма. Тейяр де Шарден, столкнувшись в Китае с остатками поселения древнего человека, который питался мозгом обезьян, по-видимому, утаил человеческие черепа и кости, а обломки обезьяньих черепов выдал за останки обезьяночеловека. Так получился фальсификат под названием «синантроп».
Все это никак не согласуется с церковными представлениями о достоинстве человека, о святости человеческого тела и, соответственно, о достоинстве и святости человеческой души, потому что получается, что мы изначально, простите, людоеды, или, скажем так, внуки и внучки людоедов, синантропов. Получается, что мы изначально нацелены на борьбу, уничтожение и самоуничтожение. Тогда разговоры по поводу того, что Адам мог не умереть, – это всё вздор, грехопадения и смерти в результате не было, а Адам умер, потому что не мог не умереть: смертность была наследственно заложена поколениями его свирепых обезьяноподобных предков. Потому или мы веруем святому пророку Моисею, который говорил о сотворении мира и человека: «И увидел Бог, что это хорошо», или мы веруем Дарвину. Скрестить их через эволюционный теизм или даже направленный эволюционизм, в данном вопросе в особенности, я просто не считаю возможным по определению. Здесь вещи принципиальные. Это прекрасно понимали новомученики и исповедники Российские, которые под страхом смерти, перед расстрелом, с наганом у виска не отрекались от библейского святоотеческого учения о творении человека. И это прекрасно понимали великие богословы нашего времени.
И еще один важный момент по поводу творения как такового. Сам человек – это...
#БогИЧеловек
О проблеме происхождения человека и его «человечности» размышляет доктор исторических наук, профессор кафедры богословия Сретенской духовной академии протодиакон Владимир Василик. 11–12 марта в Сретенской и Минской духовных академиях проходила V Международная научно-богословская конференция «Бог – человек – мир», которая в этом году посвящена теме «Человечность человека: поиск сокровенного». Отец Владимир выступил с докладом «Гипотеза о происхождении человека от обезьяны в свете святоотеческой антропологии».
– Отец Владимир, Вы известны как яростный противник дарвинизма. На Ваш взгляд, чем эволюционная теория противоречит духовной, церковной точке зрения?
– Отношение к телу как к святыне присутствует во всей богослужебной жизни Церкви: нас помазывают освященным елеем, тело покойного (Требник определяет его как «честные мощи») кадят, пред ним ставят свечи. Мы причащаемся Самого Пречистого Тела и Честныя Крови. А в результате принятия эволюционной схемы выходит, что в основу творения человека изначально полагается грех, смерть и разрушение.
Что касается проблемы происхождения человека, то, утверждая происхождение человека от обезьяны, я думаю, мы его расчеловечиваем. Что говорится эволюционистами о том, как эволюционировал человек? Через что? Через жесточайшую конкуренцию, через жесточайшую межвидовую и внутривидовую борьбу. Внутривидовую борьбу, доходящую, по мнению теософа Тейяра де Шардена, до каннибализма. Тейяр де Шарден, столкнувшись в Китае с остатками поселения древнего человека, который питался мозгом обезьян, по-видимому, утаил человеческие черепа и кости, а обломки обезьяньих черепов выдал за останки обезьяночеловека. Так получился фальсификат под названием «синантроп».
Все это никак не согласуется с церковными представлениями о достоинстве человека, о святости человеческого тела и, соответственно, о достоинстве и святости человеческой души, потому что получается, что мы изначально, простите, людоеды, или, скажем так, внуки и внучки людоедов, синантропов. Получается, что мы изначально нацелены на борьбу, уничтожение и самоуничтожение. Тогда разговоры по поводу того, что Адам мог не умереть, – это всё вздор, грехопадения и смерти в результате не было, а Адам умер, потому что не мог не умереть: смертность была наследственно заложена поколениями его свирепых обезьяноподобных предков. Потому или мы веруем святому пророку Моисею, который говорил о сотворении мира и человека: «И увидел Бог, что это хорошо», или мы веруем Дарвину. Скрестить их через эволюционный теизм или даже направленный эволюционизм, в данном вопросе в особенности, я просто не считаю возможным по определению. Здесь вещи принципиальные. Это прекрасно понимали новомученики и исповедники Российские, которые под страхом смерти, перед расстрелом, с наганом у виска не отрекались от библейского святоотеческого учения о творении человека. И это прекрасно понимали великие богословы нашего времени.
И еще один важный момент по поводу творения как такового. Сам человек – это...
#БогИЧеловек