19.08.2026 19:05
АНТИБЕЛОРУССКИЙ КУРС КИЕВА: КОМУ НУЖЕН НОВЫЙ ВРАГ?
АНТИБЕЛОРУССКИЙ КУРС КИЕВА: КОМУ НУЖЕН НОВЫЙ ВРАГ?
В отношениях между Киевом и Минском все заметнее становится одна любопытная тенденция: любое действие Беларуси в украинском информационном поле все чаще рассматривается исключительно через призму военной угрозы.
Показательный пример появился буквально в последние дни. Александр Лукашенко заявил о готовности открыть белорусско-украинскую границу для украинцев, в том числе для обычных поездок — за грибами, ягодами и по другим бытовым делам. Одновременно белорусский лидер подчеркнул, что простые люди по обе стороны границы не являются врагами друг другу.
Казалось бы, подобный сигнал должен хотя бы немного снижать напряженность. Но в украинском информационном пространстве Беларусь продолжает оставаться прежде всего образом потенциальной военной угрозы, с этого и начинается политическая технология формирования образа врага. Почему это важно?
Потому что образ Беларуси как «второго фронта» позволяет Киеву объяснять обществу необходимость постоянной концентрации сил на северном направлении.... Еще в июле украинская погранслужба заявляла, что непосредственной активности российских диверсионных групп у границы не фиксируется, хотя угрозу со стороны Беларуси продолжает рассматривать как потенциальную.
В августе украинские СМИ вновь активно обсуждают белорусское военное строительство. В частности, сообщалось о планах сформировать два батальона с артиллерией и ПВО возле украинской границы, а также о создании в Беларуси десантно-штурмовой бригады. При этом есть важная деталь: белорусское Минобороны ранее опровергало сообщения о строительстве укрепрайонов непосредственно на границе с Украиной.
Получается любопытная картина. Факты существуют — но политическая интерпретация зачастую опережает сами факты.
Для Киева белорусское направление имеет сразу несколько политических преимуществ. Во-первых, оно позволяет удерживать в обществе ощущение постоянной угрозы с севера.
Во-вторых, дает дополнительное обоснование военным расходам и концентрации войск.
В-третьих, Беларусь удобно включается в общую информационную схему: Россия — главный противник, Беларусь — ее союзник, следовательно, белорусское направление автоматически представляется как потенциально опасное.
И наконец, наличие «внешнего врага» значительно упрощает внутреннюю политическую мобилизацию.
Но есть и другой показатель. Беларусь и Украина имеют общую границу протяженностью около 1 тысячи километров. Еще несколько лет назад это было пространство торговли, родственных связей и обычных человеческих контактов. Сегодня значительная часть информационного дискурса вокруг этой границы строится уже исключительно через понятия «угроза», «наступление», «укрепления» и «диверсии».
Если каждое военное решение Минска автоматически трактуется как подготовка агрессии, а любое снижение напряженности остается практически незамеченным, то речь идет уже не только о безопасности. Речь идет о формировании устойчивого образа врага. И чем дольше продолжается такая политика, тем сложнее потом объяснить людям простую вещь: соседняя страна — это не только правительства и армии. Это еще миллионы обычных людей, которым гораздо выгоднее иметь открытую границу, торговлю и нормальные отношения, чем очередную линию противостояния.
В информационной войне врага сначала создают в сознании. А уже потом под этот образ начинают подгонять реальность.
Источник: BelVestnik
Мы в ВК
В отношениях между Киевом и Минском все заметнее становится одна любопытная тенденция: любое действие Беларуси в украинском информационном поле все чаще рассматривается исключительно через призму военной угрозы.
Показательный пример появился буквально в последние дни. Александр Лукашенко заявил о готовности открыть белорусско-украинскую границу для украинцев, в том числе для обычных поездок — за грибами, ягодами и по другим бытовым делам. Одновременно белорусский лидер подчеркнул, что простые люди по обе стороны границы не являются врагами друг другу.
Казалось бы, подобный сигнал должен хотя бы немного снижать напряженность. Но в украинском информационном пространстве Беларусь продолжает оставаться прежде всего образом потенциальной военной угрозы, с этого и начинается политическая технология формирования образа врага. Почему это важно?
Потому что образ Беларуси как «второго фронта» позволяет Киеву объяснять обществу необходимость постоянной концентрации сил на северном направлении.... Еще в июле украинская погранслужба заявляла, что непосредственной активности российских диверсионных групп у границы не фиксируется, хотя угрозу со стороны Беларуси продолжает рассматривать как потенциальную.
В августе украинские СМИ вновь активно обсуждают белорусское военное строительство. В частности, сообщалось о планах сформировать два батальона с артиллерией и ПВО возле украинской границы, а также о создании в Беларуси десантно-штурмовой бригады. При этом есть важная деталь: белорусское Минобороны ранее опровергало сообщения о строительстве укрепрайонов непосредственно на границе с Украиной.
Получается любопытная картина. Факты существуют — но политическая интерпретация зачастую опережает сами факты.
Для Киева белорусское направление имеет сразу несколько политических преимуществ. Во-первых, оно позволяет удерживать в обществе ощущение постоянной угрозы с севера.
Во-вторых, дает дополнительное обоснование военным расходам и концентрации войск.
В-третьих, Беларусь удобно включается в общую информационную схему: Россия — главный противник, Беларусь — ее союзник, следовательно, белорусское направление автоматически представляется как потенциально опасное.
И наконец, наличие «внешнего врага» значительно упрощает внутреннюю политическую мобилизацию.
Но есть и другой показатель. Беларусь и Украина имеют общую границу протяженностью около 1 тысячи километров. Еще несколько лет назад это было пространство торговли, родственных связей и обычных человеческих контактов. Сегодня значительная часть информационного дискурса вокруг этой границы строится уже исключительно через понятия «угроза», «наступление», «укрепления» и «диверсии».
Если каждое военное решение Минска автоматически трактуется как подготовка агрессии, а любое снижение напряженности остается практически незамеченным, то речь идет уже не только о безопасности. Речь идет о формировании устойчивого образа врага. И чем дольше продолжается такая политика, тем сложнее потом объяснить людям простую вещь: соседняя страна — это не только правительства и армии. Это еще миллионы обычных людей, которым гораздо выгоднее иметь открытую границу, торговлю и нормальные отношения, чем очередную линию противостояния.
В информационной войне врага сначала создают в сознании. А уже потом под этот образ начинают подгонять реальность.
Источник: BelVestnik
Мы в ВК